Вот и управились к празднику (сборник)

В своём творчестве любой писатель обращается к собственной жизни, к истокам своего рода, – детству, родителям, друзьям-товарищам. Первая повесть Владимира Киреева, положенная в основу книги с названием «Возвращение к себе» – это возвращение к родоначальникам Киреевского рода – Ермолаю, его сыну Павлу и дочери Павла Ирине – бабушки, самого Владимира, скончавшейся, как он свидетельствует, в 1984 году. Вроде бы и не так давно во времени, но тут же понимаешь, что жизни Ирины Павловны предшествовали ещё и жизни ее отца и деда, а это далеко более чем столетний отрезок времени. К тому же сама Ирина Павловна родилась в 1902 году, а в следующем, 1903-м родители привезли её с Черниговщины в Кемеровскую область. И это ещё одна яркая страница жизненного пути, освятившая последующие десятилетия сразу нескольких поколений. Вот как далеко заглянул потомок Кириенкиных, попытавшийся таким образом отдать память тем, от кого была зажжена свеча и его собственной жизни.

Вместе с повестью в книге Владимира Киреева опубликовано было и несколько очерков, связанных в основном с его страстью к охоте, рыбалке, с особой и трепетной любовью к родной ему Сибирской природе. В очерках много разных деталей, наблюдений, размышлений, и это наверное, вполне объяснимо, если помнить о том, что писатель не потребляет окружающую его благодать, а дышит ею, осознаёт себя её частью, сопереживает, осветляется душой от соприкосновения с нею. Очерк и вообще-то жанр, может быть, наиболее приспособленный для такого рода литературного творчества. Вспомним хотя бы для примера очерки Пришвина, Паустовского, Астафьева, Чивилихина, других известных и не очень известных авторов. Невольно думается и о том, что в данном случае сама тема как бы навязывает автору форму повествования, в рамках которой он пытается выразить и мысли свои, и собственное отношение к окружающему миру, и радость, и восхищение, и боль.

Книга «Возвращение к себе» вышла в свет в 1999 году, а ныне Владимир Киреев издаёт новую, в основу которой также легла повесть, но уже на тему производственных взаимоотношений в пору перестроечных процессов, когда по сути уничтожалась вся местная промышленность. А Владимир Киреев – производственник до мозга костей, к тому же более двадцати трех лет руководит одним из таких предприятий местного значения. Следовательно, кому как не ему и поднимать такую сложную и, мало привлекательную по нынешним временам тему. Скажем только, что Владимир Киреев в 1982 году закончил Кемеровский технологический институт пищевой промышленности, в том же году, по распределению приехал в Тулун и в декабре возглавил предприятие.

Его герой, директор комбината Сергей Петрович Руднев, человек цельный, деятельный, знающий и умеющий. Все силы и всё свое время отдаёт производству, и потому комбинат выживает, тогда как рядом, одно за другим, «приказывают долго жить» другие предприятия. У Руднева сложные взаимоотношения с местным криминалитетом, милицией, с чиновниками головной структуры комбината. С одной стороны он вроде и пытается не конфликтовать, но в вопросах принципиальных стоит на своём. Потому и не всем угоден. И однажды, воспользовавшись очередным новомодным веянием – избирать руководителя, – его отстраняют от должности, а место директора занимает некий Архип – человек без совести и чести, какие и разрушали и разворовывали огромное хозяйство огромной страны под названием Советский Союз.

Руднев по сути даже и не понял, отчего произошла эта, явно не на пользу производства и коллектива, подмена. И то ли от обиды, то ли по пагубной привычке заливать беду вином – запил с размахом, надолго. Однако, в какой-то момент просветления осознал, что это не его стезя, и пошёл трудиться на другое предприятие, где, безусловно, не могли не обратить внимания на дельного, хваткого и жадного до работы профессионала-производственника. Руднев и здесь добился бы многого, но однажды квартиру его посетили бывшие коллеги по комбинату, который после ухода Руднева влачил жалкое существование. И он дал себя уговорить вернуться на прежнее место работы.

Руднев не теряет своей цельности, даже будучи готовым увлечься новым технологом Еленой, внутренняя пустота которой как бы подчёркивает «пустоту хлопот» главного героя книги, а потому и роман этот заканчивается, не успев начаться. Однако образ самой Елены в повести далеко не случаен, а введён автором с целью лишний раз подчеркнуть, что вместе с так называемой демократизацией общества на передний план выходят люди расчётливые, корыстные, способные ради приобретения каких-то материальных выгод пойти на всё.