Воспоминания о будущем

… или вот унитаз у меня. Хороший унитаз, с микропрограммным управлением. Фирма ИБМ выпустила. Импортный, стало быть, унитаз. Объем памяти 512 килобайт, мультипрограммирование и всякое там такое. И вот этот унитаз портится. Не так, чтобы совсем, но вот принтер не работает. То есть, в принципе работает, но бумагу не подает.

Вот сижу и тужу. Тужу и прихожу к мысли, что без Пети-электронщика обойтись не удастся. И приходит Петя, и говорит: «Н-да…». И я сразу понимаю, что дело пахнет трешкой. А когда он еще и в затылке чесать начинает, то я прощаюсь сразу с пятеркой.

И объясняет мне Петя, что его компетенция распространяется только на то, чтобы сделать полуавтоматический режим: пока кнопку держишь, принтер работает, а не держишь — дулю с маслом. И вот делает он этот самый режим, и получает свою пятерку (в смысле — пятьсот).

А я сижу и тужу. Тужу и прихожу к такой мысли: а не позвать ли мне Васю. Он в соседнем ЖЭКе системным программистом работает. Мы с ним каждый вечер во дворе в дурака режемся. Двое на двое, против двух спецкомпьютеров. Там на них еще ДОС функционирует — Дурацкая Операционная Система.

И приходит Вася и чего-то там на дисплее смотрит, и все докапывается, не выходил ли у меня индекс за границы массива. А я чего — я всего-навсего кандидат физ-мат наук, я теорией функций занимаюся, откуда мне знать все эти сантехнические тонкости!

Ну ладно, смотрю, мнется мой Вася и вроде сказать что-то хочет. «Видишь ли — говорит — у тебя тут одного модуля не хватает. Вот у тебя и фаза не собирается, транслятор не транслирует, редактор не редактирует, поскольку у него трансмиссия, на ФОРТРАНе, она продольно-поперечная, а не поперечно-продольная: импорт!»

И я, конечно, скисаю, а Вася и говорит: «Есть у меня модулек-то. Кореш в ИБМ, раздобыл. Но сам понимаешь: ты мне друг, но и это недешево стоило…»

И я, конечно, понимаю, и лезу в карман, а Вася достает из чемоданчика перфокарты, вставляет во вводное устройство, выставляет из выводного, и вот уже принтер тарахтит, водичка урчит, лампочки мигают.

Но ведь не унитаз только. Тут тебе и умывальник с обдувальником, тридцати двух степеней свободы, и форточка самонезакрывающаяся, да четыре цветных телевизора: один для развлечения, два для подстраховки, а еще один — на всякий случай.

Умывальник не умывает, обдувальник не обдувает, а из тридцати степеней свободы от силы полторы, и те со скрипом. С телевизорами того хуже: тот, что для развлечения, надоел до омерзения, те, что для подстраховки, держатся на веревке, а у запасного хоть и восемь каналов, причем один мультиплексный, да все каналы илом затянуло.

И вот сижу я на своем 512-килобайтном унитазе, смотрю под стук принтера 1001-серийный фильм «Шахерезада» и тужу. Тужу, поскольку завидую всяким древним грекам, которые пили воду без хлорки, ели сосиски без целлофана и продавцы их не облаивали и в такси им ездить не советовали, поскольку такси тогда вовсе не было…

₁₉₇₈