Воспевая рассвет

Весна 655 года, Винвидская долина

Лунный свет искрился в золотых волосах Вульфэйна, но ему не было до луны никакого дела: изо всех сил он старался освободиться от веревки, которой его руки были прикручены к массивной железной цепи, надетой на шеи волов. Волы были запряжены в повозку.

– Глупцы! – усмехнулся Вульфэйн. – Они называли меня мальчишкой и даже не охраняют меня, как других пленников! Ну хорошо же! Я им не мальчишка, мне уже четырнадцать зим от роду! И теперь эти нечестивцы, что поставили на колени славного короля Осви…

Вдруг один из них, оступившись, пролил в огонь немного эля. Пламя взметнулось и загудело. Испугавшись, захмелевший воин отпрянул и свалился наземь под громкий хохот своих дружков. Волам начинали надоедать бесконечные рывки цепей, они зафыркали, забеспокоились. Вульфэйн замер. Но пирующие были слишком пьяны, чтобы заметить что-то неладное. Ну вот, наконец, одна рука свободна!

Юноша быстро освободил вторую руку и стал распутывать веревки, стягивавшие его лодыжки. Волы забеспокоились еще сильнее. Но Вульфэйн был уже свободен. Крадучись, он выскользнул из загона для скота и бесшумно пополз подальше от костров, в спасительную темноту. Притаившись и переведя дух, юноша осмотрелся вокруг. Ночь была ясной. Где король Осви? Его, конечно, нет среди воинов. С другой стороны от костров Вульфэйн заметил светлые пятна походных шатров. Но в каком из шатров находился Осви, а в каком его враг Пенд, король Мерсии, и его сторонники, саксонские короли? На мгновение юноша застыл в нерешительности, затем, прячась среди волов и лошадей, он пробрался к повозкам с добычей. На одной из них была беспорядочно свалена груда захваченного оружия. Сквозь деревянные брусья повозки Вульфэйн выбрал себе маленький обоюдоострый кинжал, отобранный у него же. Довольный находкой, юноша привычно сжал рукоять в ладони. Выбравшись из-за повозки, Вульфэйн обогнул лагерь и вплотную подошел к шатрам.

Он бесшумно припал ухом к полотняной стене одного из шатров и вслушался, ловя каждый звук. Вдруг совсем рядом резкий голос нетерпеливо произнес:

– Глиндор! Я твой принц и я приказываю тебе вызвать бурю! Сейчас же, немедленно!

Вульфэйн замер. Его поразили не столько произнесенные слова, сколько этот голос, этот тон, интонация.

«Какое самомнение, какая спесь, – подумал юноша, – это уж точно один из принцев крови кимри, этого темного народа, что слепо поклоняются своим колдунам, которые, как говорят, могут вызывать темные силы, распевая свои бесконечные песни».

Юноша ожидал ответа, сгорая от любопытства.

– Если я вызову бурю, Ллевайн, знай: она обрушится и на наших врагов и на нас, – отвечал странный голос. Он будто сдерживался, стараясь не раздражаться, будто бы объяснял что-то очевидное туго соображающему капризному ребенку.

– Принц Ллевайн!

Вздрогнув, юноша узнал голос мерсийского короля Пенда. Пенд был саксом, как и Вульфэйн, но поклонялся языческим богам.

– Твоя магия, Глиндор, уже давно мертва! Она так же глупа и бессмысленна, как глупы твои выжившие из ума жрецы.

В голосе Пенда слышалась такая ядовитая насмешка, что юноша замер, ожидая от колдуна чего-то ужасного. Но тот не ответил. Шатер распахнулся, чуть не задев Вульфэйна своим пологом, и высокий сгорбленный человек вышел, опираясь на причудливо изогнутый посох. Юноша отпрянул, сердце бешено застучало у него в ушах. Еще мгновение – и он будет замечен и пойман! Стараясь унять удары своего сердца, Вульфэйн застыл, зажмурившись. Но Глиндор, а это был именно он, не обернувшись, исчез в ночном сумраке.

Отдышавшись, молодой сакс прокрался к другому шатру. Прорубив кинжалом маленькое отверстие, он заглянул внутрь. Шатер был пуст. Подобравшись к третьему шатру, юноша проделал то же самое. О удача! Распоров щель кинжалом, Вульфэйн пролез внутрь и тронул за плечо плененного короля.

Осви был несказанно удивлен, когда увидел своего маленького верного слугу. Бесшумно освободив своего господина от связывавших его веревок, Вульфэйн знаками попросил короля следовать за ним. Благополучно миновав стражу, беглецы выбрались из вражеского лагеря и, притаившись среди камней, присели отдохнуть. Осви прошептал:

– Даю слово короля, закажу самую богатую мессу в королевстве! Благодарю тебя, Боже, за ту безлунную ночь, что ты послал нам!

Слушая эти слова, юноша удивленно смотрел на небо в сгущавшихся тучах, озаряемое отблесками молний.

Неужели Глиндор! Магия колдуна кимри! Не может быть. Наверное, это знак Господень для тех, кто верен ему и следует за ним… Взглянув в озадаченное лицо юноши, король улыбнулся и потрепал его по плечу.

– Юный друг мой, не печалься, я не забыл, чьей рукой мне дарована свобода! И не забуду никогда! За твою верность я награжу тебя, и знай, что в Нортумбрии ты отныне будешь в безопасности.