Воскресение Христово

Сибирская Благозвонница Москва 2012

Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви ИС 11-110-1125

В 24 Введенский, А.

Воскресение Христово / Митрофорный протоиерей Александр Введенский. — М.: Сибирская Благозвонница, 2012.— 61, [3] с.

Настоящая брошюра, написанная митрофорным протоиереем Александром Введенским более ста лет назад, обращена к мирянам, сомневающимся в Божественности акта Воскресения Христова. Этих же, по словам автора «сердцем хладных скопцов», он и пытается переубедить.

УДК 244 ББК 86.372-52

ISBN 978-5-91362-522-9

© Оформление, Сибирская Благозвонница, 2012

Когда настает праздник Светлого Христова Воскресения, вся Русь оживает, воскресает духом. Настроение у всех бодрое, веселое. Все радуются, торжествуют, сияют от счастья, наперебой поздравляют друг друга. Нет ни вражды, ни ненависти, не случается ни убийств, ни других жестоких проявлений злой человеческой воли.

В этот великий день все забывается: и обиды, и оскорбления, и ненависть, и вражда. Душа как бы обновляется в своем существе, черствое сердце как бы смягчается под звуками победной христианской песни, спавшая месяцами совесть как бы пробуждается от сильного и радостного звона пасхальных колоколов. Так светло, так хорошо становится на душе; хочется жить, всех любить, крепко верить и молиться.

Да, великие и святые эти минуты!

Вот только смущают «совопросники века сего», огромная рать так называемых рационалистов, которые, как «сердцем хладные скопцы», стоят вдали от общецерковного торжества и не могут слиться с нами в одном светлом радостном чувстве.

Напротив, они стараются ослабить наш религиозный порыв, охладить наше восторженное чувство, омрачить сомнениями радость Воскресения Христова. Своими возражениями, своими критическими замечаниями они стараются и в нашей душе заронить искру сомнения и толкнуть нас на путь отрицания, на путь не созидательной, а разрушительной работы.

Посмотрим, как сильно укреплены их боевые позиции, как твердо стоят они на поле сражения, насколько основательны и убедительны приводимые ими аргументы. Посмотрим, смогут ли они сломить нашу веру в Воскресшего Христа, смогут ли убедить нас в правоте своих сомнений и отрицаний и тем самым омрачить радость нашего религиозного торжества?

Одни говорят:

«Нельзя понимать воскресения Христова в том самом смысле, в каком понимаете вы. Такое понимание должно предполагать собою смерть. Между тем мы имеем некоторое основание думать, что Иисус Христос на кресте не умер. Он только впал в глубокий обморок, от которого потом очнулся в прохладной пещере.

Что такие случаи вполне возможны были среди казненных и распятых на кресте, — в этом убеждает нас иудейский историк Иосиф Флавий. Он говорит, что, возвращаясь однажды с похода, он заметил среди многих распятых евреев трех своих близких друзей, которых снял с креста и даровал одному из них жизнь, несмотря на то, что тот довольно долго висел на кресте. Если возможно было вернуть к жизни человека, довольно долго висевшего на кресте, то неужели же Христос, бывший на кресте, всего какой-нибудь день, не мог очнуться в свободной прохладной пещере? Конечно мог».

Мы не разделяем такого рода мыслей. Мы не можем принять версии мнимой смерти Христа. Несостоятельность ее очевидна настолько, что бросается в глаза не только нам, людям веры, но даже противникам христианства.

Давид Штраус, например, насмешливо доказывает несостоятельность вышеупомянутой гипотезы следующим рассуждением: «Если из трех распятых, подававших еще кое-какие признаки жизни, удалось Иосифу Флавию, при самом тщательном уходе за ним, спасти лишь одного, то маловероятно, чтобы очнулся и ожил без ухода за ним один, не подававший никаких признаков жизни».

А Христос действительно не подавал никаких признаков жизни. Напротив, по некоторым признакам можно было догадываться даже о Его смерти. Так, из прободенного ребра потекли кровь и вода. Кровь же, не смешавшаяся с водою, течет из ран только мертвого человека, а не живого.

«Человек с пробитыми ногами, — пишет профессор, доктор медицины А. Шилтов («Мысли о Богочеловеке»), — не только не мог бы пройти на третий день три версты до Эммауса, но с медицинской точки зрения не мог бы стоять на ногах раньше месяца после снятия его с креста».

Наконец, как справедливо замечают сами рационалисты, «несчастный страдалец, полуживой, с трудом выползший из гробницы, нуждающийся в самом внимательном уходе и затем все-таки скончавшийся», — не мог бы произвести на учеников впечатления торжествующего победителя над смертью и могилою.