Волшебство начинается

— В этом месяце четырнадцать ведьм, — произнёс лебедь-капитан, пролетая над Северным полюсом, высоко задрав голову.

— О, мистер Фланнаган, их действительно стало намного больше! В феврале было всего пять, — сказала ему в ответ мадам Прин.

— Ведьмам не нравится появляться на свет зимой, мадам, — объяснил мистер Фланнаган. — Они не любят холод и именно поэтому всегда собираются вокруг котла.

— Я её боюсь, — смущённо пробормотал самый молодой лебедь, кадет Брозиус.

— Кого? — не понял мистер Фланнаган.

— Белоснежную колдунью, — ответил Брозиус. — Она живёт совсем одна, в замке, затерянном среди снегов. Там так холодно! Каждый раз, когда мы летим к ней за новым заданием, у меня замерзают крылья. И ещё… Она никогда не улыбается, и её глаза кажутся ледяными. — Молодой лебедь вздрогнул, склонив голову с растрёпанными полярным ветром перьями. — Она, наверное, самая злая из всех живущих на свете.

— Глупости! — тут же прервал его Фланнаган. — Белоснежная колдунья не злая и не добрая, она… обычная. Каждому волшебному созданию она преподносит определённый дар: эльфам — власть над лесом, оркам — силу пещер, феям — магию цветов, гномам — скорость света, а ведьмам — колдовство ночи. Быть её помощником — большая привилегия, мы должны быть благодарны, что нам поручено раздавать её волшебные дары.

— Отлично сказано, мистер Фланнаган, — изящно кивнув, согласилась с ним мадам Прин.

Но объяснение капитана не удовлетворило молодого Брозиуса.

— Если она не злая, то это ещё хуже! Злые люди по крайней мере могут стать добрыми, если с ними случится что-нибудь хорошее. А у неё нет сердца, и меня это очень-очень пугает.

— Ты просто мокрая курица! — вставила мадам Прин.

— А ты подхалимская курица! — обиженно ответил молодой лебедь.

— Пф-ф-ф-ф, — произнесла мадам, переводя взгляд на восходящее солнце.

Если на свете и было что-то, чего Брозиус не переносил, так это вид надменной парижской гусыни, который напускала на себя мадам Прин всякий раз, когда считала разговор законченным. Она была маленьким пернатым существом, очень маленьким, как будто мама-лебедь не сочла необходимым сделать её большой.

Будучи не в силах справиться с нахлынувшим раздражением, Брозиус нарушил порядок клина и подлетел вплотную к бедной Прин, чтобы клюнуть её в лапу.

— Ай! — жалобно воскликнула мадам ещё до того, как Брозиус до неё дотронулся.

— А ну-ка не спорьте, вы там! — вмешался Фланнаган. — Или с ваших крыльев упадёт льдинка.

— Клянусь счастьем всех лебедей, вот это было бы настоящей бедой! — вздрогнула мадам.

— Почему бедой? — с интересом спросил Брозиус.

— Потому что наша Белая повелительница создаёт и разбивает только одно ледяное зеркало в месяц, — терпеливо объяснил капитан. — Каждое из них она раскалывает на определённое количество кусочков, равное количеству родившихся в этом месяце ведьм. Мы приносим им эти осколки в месяц их появления на свет, — продолжил лебедь. — Один осколок для каждой ведьмы, для каждого сердца. На свете не существует ведьмы, у которой в сердце не было бы такого осколка. Именно он делает их коварными, а коварство — это их природа.

Мадам Прин очень нравилось, когда мистер Фланнаган рассказывал про Белоснежную колдунью. Он знал о ней всё. А вот что касается Брозиуса… Мадам никак не могла понять, почему его выбрали членом Блистательного воздушного отряда Белоснежной колдуньи. Не удержавшись, она обратилась к капитану:

— Интересно, а где был наш кадет, когда Госпожа читала лекцию по осколкологии?!

— Успокойтесь, мадам, — спокойно ответил Фланнаган. — Брозиусу нужно только немного повторить урок.

— Да! Повторить! Ведь это так полезно! — обрадовалась мадам, воодушевлённо захлопав крыльями.