Волшебная сила любви

Аллегра улыбнулась подошедшей стюардессе и, слегка покачав головой, отказалась от бокала шампанского. К счастью, она была единственным пассажиром в салоне первого класса. Ей не нужно делать хорошую мину при плохой игре. Аллегра места себе не находила от беспокойства с того момента, когда брат Матео пару дней назад сообщил ей новость про деда.

Почему дедушка скрыл от нее масштаб заболевания? Она знала, что он проходит обследование в связи с обострением лейкоза, но когда Аллегра пыталась выяснить, как обстоят дела, дед лишь отмахнулся. С тех пор прошло два месяца. Теперь она знала.

По прогнозу врачей, ему оставалось жить не больше года.

У нее сжалось сердце. Невозможно представить, что человек, всегда олицетворявший жизнь, не встретит с семьей следующее Рождество. На глаза девушки навернулись слезы. В этот момент вновь появилась стюардесса.

Аллегра быстро смахнула слезы. Ей нельзя терять самообладание. Она публичный человек, поэтому ей всегда нужно держать лицо и быть начеку.

Потому что она, Аллегра Ди Сионе, старшая внучка одного из сильных мира сего. Кроме того, Аллегра является лицом благотворительного фонда Ди Сионе, которому посвятила жизнь. Она так погрузилась в проекты фонда, что времени на личную жизнь совсем не оставалось.

Отбросив грустные мысли, Аллегра уставилась в иллюминатор, наблюдая, как самолет выруливает на взлетную полосу международного аэропорта Дубая.

Стоял погожий майский день. Солнце ослепительно сияло в синем безоблачном небе. Благотворительный прием, на который были приглашены именитые и состоятельные гости, прошел весьма успешно. Было собрано вдвое больше средств по сравнению с прошлым годом. Аллегра по праву гордилась достижениями фонда, но сейчас не испытывала никакой радости.

Она никак не могла отделаться от мыслей о дедушке и его болезни. Но Матео сообщил сестре еще одну невероятную новость. Она касалась дедушкиных так называемых утраченных драгоценностях. Она с детства слышала рассказы об этих драгоценностях, считая их сказкой. Но Матео сказал, что они существуют на самом деле, поскольку дед попросил его отыскать давно пропавшее ожерелье. И это, по словам брата, не было капризом старика.

Аллегра вспомнила глаза Матео в тот момент, когда он просил ее немедленно возвращаться домой…

Она сделала несколько глубоких вдохов и прикрыла глаза, почувствовав, как самолет взлетел, с гулом оторвавшись от взлетной полосы.

Однажды Аллегре уже пришлось столкнуться со страшным известием о смерти родителей. Она была старшей из семи братьев и сестер и должна была поддержать младших, не показывая своей боли, хотя ей самой было всего шесть лет.

Она готова выдержать и то, о чем хочет сказать ей дед.

В течение всего полета Аллегра пыталась поднять боевой дух, готовясь к предстоящему разговору, ее трясло от волнения, когда она подъехала к дому. У нее была трехкомнатная квартира в кондоминиуме на Манхэттене, но она считала родным домом фамильный особняк Ди Сионе, в котором прошло ее детство.

Как любое воспоминание детства, оно было с горьковато-сладким привкусом. Хотя в их случае воспоминания были больше горькими, чем сладкими.

Роскошный особняк с небольшим парком и изумрудными лужайками находился в сердце Лонг-Айленда.

Именно здесь она жила с сестрами и братьями после той страшной ночи, когда ее отец, одурманенный наркотиками, крупно повздорил с матерью. Они оба выскочили из дома и сели в машину.

Спустя два часа после той душераздирающей сцены у дома остановился зловещий черный автомобиль полицейского патруля. Вышедший из машины офицер тут же превратил их в сирот.

Достаточно.

Аллегра загнала воспоминания в самый дальний уголок памяти и вышла из такси.

Двойные двери особняка распахнулись, и на пороге появилась Альма, экономка, работавшая в доме с незапамятных времен. Хотя лицо пожилой итальянки, как всегда, сияло искренней улыбкой, Аллегра заметила беспокойство в ее добрых карих глазах и чуть сжатых руках.

– Мисс Аллегра, как давно вас не было! – воскликнула она, пропуская девушку в просторный холл с мраморными полами.

Аллегра кивнула, лихорадочно ища взглядом знакомую высокую фигуру деда. Сердце вновь отчаянно забилось в груди при мысли, что они могут его потерять.

– Где он? Как он себя чувствует? – обеспокоенно спросила она.

Улыбка Альмы потускнела.

– Доктор предписал постельный режим, но синьор Джованни настаивает, что чувствует себя хорошо. Он на своем любимом месте на террасе.

Аллегра повернулась и пошла в направлении западного крыла виллы, где, сколько она себя помнила, дедушка завтракал.

– Аллегра? – услышала она за спиной. Остановившись, девушка повернулась к экономке.

При виде ее расстроенного лица, у Аллегры холодок пробежал по спине.

Она не сомневалась в словах брата, но, по правде говоря, на приеме он был слишком увлечен своей спутницей, и в глубине души Аллегра надеялась, что Матео преувеличил серьезность ситуации.

Однако выражение лица экономки подтвердило ее худшие опасения.