Неополимая Купина (Стихи о войне и революции)

М. Волошин

НЕОПАЛИМАЯ КУПИНА Стихи о войне и революции

I. ВОЙНА

РОССИЯ

(1915 г.)

Враждующих скорбный гений Братским вяжет узлом, И зло в тесноте сражений Побеждается горшим злом.

Взвивается стяг победный... Что в том, Россия, тебе? Пребудь смиренной и бедной -Верной своей судьбе.

Люблю тебя побежденной, Поруганной и в пыли, Таинственно осветленной Всей красотой земли.

Люблю тебя в лике рабьем, Когда в тишине полей Причитаешь голосом бабьим Над трупами сыновей.

Как сердце никнет и блещет, Когда, связав по ногам, Наотмашь хозяин хлещет Тебя по кротким глазам.

Сильна ты нездешней мерой, Нездешней страстью чиста, Неутоленною верой Твои запеклись уста.

Дай слов за тебя молиться, Понять твое бытие, Твоей тоске причаститься, Сгореть во имя твое.

17 августа 1915 Биарриц

В ЭТИ ДНИ

И. Эренбургу

В эти дни великих шумов ратных И побед, пылающих вдали, Я пленен в пространствах безвозвратных Оголтелой, стынущей земли.

В эти дни не спазмой трудных родов Схвачен дух: внутри разодран он Яростью сгрудившихся народов, Ужасом разъявшихся времен.

В эти дни нет ни врага, ни брата: Все во мне, и я во всех; одной И одна -- тоскою плоть объята И горит сама к себе враждой.

В эти дни безвольно мысль томится, А молитва стелется, как дым. В эти дни душа больна одним Искушением -- развоплотиться.

5 февраля 1915 Париж

ПОД ЗНАКОМ ЛЬВА

М. В. Сабашниковой

Томимый снами, я дремал, Не чуя близкой непогоды; Но грянул гром, и ветр упал, И свет померк, и вздулись воды.

И кто-то для моих шагов Провел невидимые тропы По стогнам буйных городов Объятой пламенем Европы.

Уже в петлях скрипела дверь И в стены бил прибой с разбега, И я, как запоздалый зверь, Вошел последним внутрь ковчега.

Август 1914 Дорнах

НАД ПОЛЯМИ АЛЬЗАСА

Ангел непогоды Пролил огнь и гром, Напоив народы Яростным вином.

Средь земных безлюдий Тишина гудит Грохотом орудий, Топотом копыт.

Преклоняя ухо В глубь души, внемли, Как вскипает глухо Желчь и кровь земли.

Ноябрь 1914 Дорнах

ПОСЕВ

В осенний день по стынущим полянам Дымящиеся водят борозды Не пахари; Не радуется ранам Своим земля; Не плуг вскопал следы; Не семена пшеничного посева, Не ток дождей в разъявшуюся новь, -Но сталь и медь, Живую плоть и кровь Недобрый Сеятель В годину Лжи и Гнева Рукою щедрою посеял... Бед И ненависти колос, Змеи плевел Взойдут в полях безрадостных побед, Где землю-мать Жестокий сын прогневил.

3 февраля 1915 Париж

ГА3ЕТЫ

Я пробегаю жадным взглядом Вестей горючих письмена, Чтоб душу, влажную от сна, С утра ожечь ползучим ядом. В строках кровавого листа Кишат смертельные трихины, Проникновенно лезвиины, Неистребимы, как мечта. Бродила мщенья, дрожжи гнева, Вникают в мысль, гниют в сердцах, Туманят дух, цветут в бойцах Огнями дьявольского сева. Ложь заволакивает мозг Тягучей дремой хлороформа И зыбкой полуправды форма Течет и лепится, как воск. И, гнилостной пронизан дрожью, Томлюсь и чувствую в тиши, Как, обезболенному ложью, Мне вырезают часть души. Hе знать, не слышать и не видеть... Застыть, как соль... уйти в снега... Дозволь не разлюбить врага И брата не возненавидеть!

12 мая 1915 Париж

ДРУГУ

"А я, таинственный певец, На берег выброшен волною..."

Арион

Мы, столь различные душою, Единый пламень берегли И братски связаны тоскою Одних камней, одной земли. Одни сверкали нам вдали Созвездий пламенные диски; И где бы ни скитались мы, Но сердцу безысходно близки Феодосийские холмы. Нас тусклый плен земной тюрьмы И рдяный угль творящей правд 1000 ы Привел к могильникам Ардавды, И там, вверяясь бытию, Снастили мы одну ладью; И, зорко испытуя дали И бег волнистых облаков, Крылатый парус напрягали У Киммерийских берегов. Но ясновидящая сила Хранила мой беспечный век: Во сне меня волною смыло И тихо вынесло на брег. А ты, пловец, с душой бессонной От сновидений и молитв, Ушел в круговороты битв Из мастерской уединенной. И здесь, у чуждых берегов, В молчаньи ночи одинокой Я слышу звук твоих шагов, Неуловимый и далекий. Я буду волить и молить, Чтобы тебя в кипеньи битвы Могли, как облаком, прикрыть Неотвратимые молитвы. Да оградит тебя Господь От Князя огненной печали, Тоской пытающего плоть, Да защитит от едкой стали, От жадной меди, от свинца, От стерегущего огнива, От злобы яростного взрыва, От стрел крылатого гонца, От ядовитого дыханья, От проницающих огней, Да не смутят души твоей Ни гнева сладостный елей, Ни мести жгучее лобзанье. Да не прервутся нити прях, Сидящих в пурпурных лоскутьях На всех победных перепутьях, На всех погибельных путях.

23 августа 1915 Биарриц

ПРОЛОГ

Андрею Белому

Ты держишь мир в простертой длани, И ныне сроки истекли... В начальный год Великой Брани Я был восхищен от земли.

И, на замок небесных сводов Поставлен, слышал, смуты полн, Растущий вопль земных народов, Подобный реву бурных волн.

И с высоты непостижимой Низвергся Вестник, оку зримый, Как вихрь сверлящей синевы. Огнем и сумраком повитый, Шестикрылатый и покрытый Очами с ног до головы.