Волк Михалыч и Волчица Павловна

Жили были Волк Михалыч и Волчица Павловна. И было у них трое волчат. Жили они под корягой старой сосны в уютном логове с видом на цветочную полянку, где было много зеленой сочной травки, а в ней – много земляники, а вокруг полянки в лесу было много черники, а на веточках елочек было много шишек со вкусными орешками. А на дубах-колдунах было много вкусных желудей. А под деревьями было много вкусных грибочков.

Так что немудрено, что мимо их полянки то и дело прыгали зайчики, которые кушали ягодки, бегали свинки с поросятами, которые причмокивая трескали желуди и орешки, скакали козочки, которые ели сочную травку и мягкие листики молодых деревьев, топотали колючие ежики, собирая грибочки, шмыгали юркие мышки-норушки, выискивая, что упало на землю с кустиков и деревьев, колосков и травок.

И всех их ловили Волк Михалыч и Волчица Павловна, чтобы порадовать ужином своих милых деток. То зайчика принесет Михалыч, и приготовит сочное волканское рагу. То Павловна притащит в зубах козочку-косулечку, и соорудит для семейства знатное асадо де лобо, украсив его земляникой и кедровыми орешками. То вместе они приволокут тушу крупного поросенка, который был хорошо упитан, да плохо воспитан (потому как что возьмешь с него, если мама – свинья свиньей), а потому убежит из-под рыла своего папы Секача Матвеича, и будет резвиться в летних лужицах, извазюкиваться в ягодном повидле и радостно хрюкать, нежась на солнышке, пока его не поймают хозяйственные волк с волчицей. Из такого негодника много чего можно приготовить, скажет тогда Михалыч. Из задних ножек – хамон и прошутто, из передних ножек и пятачка – холодец, из вырезки – вкусный шашлык, из потрошков – копченую колбаску. Просто объядение!

Но вот настали холода, пропали ягодки, опали листики, пожухла травка, раскисли и стали невкусными и неполезными грибочки. И выпал снег. Перестали бегать по полянке зайчики и белочки, ежики и мышки, козочки и свинки. Все сидят по норкам, домикам, пещеркам, хаткам и дуплам.

Доели Михалыч, Павловна и их детки-волчатки хамон и прошутто, холодец и колбаску. А впереди Новый Год, и надо елку наряжать, а какой праздник, когда на стол поставить нечего – одни косточки остались от всех запасов, а с косточек застолья не получится.

– Иди, Михалыч, принеси в дом какой-никакой еды, – сказала волку его волчица, – а то дети твои голодные, да и у меня в животе урчит.

Пошел Волк Михалыч на восточную окраину Дремучего Леса. Там, слышал он, живут три поросенка: Сеня, Федя и Дадон. Вышел он на первую полянку, смотрит: стоит домик соломенный, крыша соломенная, дверь соломенная, а перед дверью на соломенной завалинке сидит поросенок Сеня и соломинку в зубах жует. Обрадовался Волк Михалыч, подбегает к поросенку, хочет его схватить, а поросенок юркий – юрк в домик, и дверь захлопнул.

Рассердился Волк Михалыч, набрал в легкие воздуха, да ка-ак дунет! Вся солома с домика облетела, и дверь соломенная вся разлезлась, остался поросенок стоять, а домика вокруг него и нету. Только в зубах соломинка торчит. Схватил Волк Михалыч поросенка за хвостик, но тот вырвался и побежал-побежал по тропинке дальше от своего домика. Михалыч за ним не отстает. Выбежали они на другую полянку, глядь – стоит там домик из веточек, крыша из веточек, дверь из веточек, а перед дверью сидит поросенок Федя и веточку в зубах жует. Подбежал к нему поросенок Сеня, юркнули они оба в домик и дверь перед носом Михалыча и захлопнули.

Рассердился Волк Михалыч пуще прежнего. Набрал в легкие еще больше воздуха, да ка-а-ак дунет-подунет! Все веточки с домика посыпались, дверь рассыпалась, и стоят два поросенка среди груды веточек, и у одного в зубах соломинка, а у второго веточка.

Схватил Михалыч одного поросенка за хвостик, а второго за ушко, но вырвались они и ну бежать! По тропинке дальше от домика. Михалыч за ними не отстает. Выбежали они на третью полянку, глядь – стоит там домик каменный, труба на крыше кирпичная, крыша выстелена черепицей глиняной, а дверь у домика дубовая. И перед дверью сидит поросенок Дадон и пиво пьет с раками. Юркнули три поросенка за дверь, засов задвинули – не достать Волку Михалычу их теперь.

Попробовал Михалыч дунуть: три раза дул-подул, хоть бы домику хны: ни один камушек не пошевелился. Попробовал Михалыч через окошко залезть – да решетка на окошке железная, не пролезет в дырку голова. Попробовал через трубу в дымоход спуститься – только в саже измазался, да кипятком ошпарился, что в котле булькал на огне горячем. Пришлось возвращаться Михалычу домой с тем, что есть: двумя хвостиками поросячьими и ушком одним. Посмотрела Павловна на его добычу и только головой покачала: этого только червячка заморить хватит, да и то если бульон жиденький сварить, а праздник с хвостиками и ушком – это одно издевательство.