Волк из темного леса

– А говорят, он старый, – Баженка накручивала на палец конец косы, то и дело привставая на носочки, словно надеясь что-то разглядеть на дороге. – И кривой, говорят. И горбатый.

Василина только вздохнула тяжело. Даже если так, выбора у нее все равно нет.

– Будешь болтать, тебе такого же найдем, – буркнула она.

– А мне-то за что? – Баженка даже на месте подпрыгнула, развернулась к княжне. В глазах разом сверкнули возмущение и ужас. – Небесная матерь! Что я сделала-то? Мне не надо!

Василина подняла бровь, изображая полнейшее удивление.

И Баженка смутилась, губу закусила.

– Ох, – дернула себя за косу. – Прости, княжна.

Василина, между прочим, тоже ничего плохого не сделала. Но если ей действительно подсунут такое чудовище, то сделает обязательно, терпеть не станет. Этот жених ведь не в наказание ей послан, а как раз наоборот. Он, говорят, приближенный царя, но не из родовитых, а то и вовсе из простых, потому что толком ничего не известно. Но сам всегда верно служил царю, за что царь решил отблагодарить. А у Василины… так вышло, что отец и братья погибли. Один брат в поход ушел и не вернулся, второй – здесь, в лесу… Отец прошлой зимой в горячке слег и не встал больше. А больше никого и нет.

Поэтому государь милостью своей послал Василине мужа, лучшего во всем царстве. Так и написал. И Василина еще радоваться должна.

А она вот не радовалась.

Впрочем, кривого и горбатого она бы пережила, это не главное. Да и не старый, Есиславу чуть за тридцать. Это Баженка девчонка глупая, ей все, кто старше двадцати – старики, самой пятнадцать только. Но Василина взрослая, ей как раз под стать будет.

Даже наоборот – ей не смазливый мальчик, ей сильный и опытный мужчина нужен, а то в лесах у них тут… ну, непонятно что в лесах творится. Нежить лесная подниматься начала. Ей жених для дела нужен. А любовь… Какая ей любовь? Она за людей отвечает.

Да и не в возрасте дело.

Только говорят, этот Есислав – сам тварь еще та. И царскую любовь не подвигами и честной службой заслужил, а доносами и кровавыми расправами над царскими врагами. А другие говорят, что вовсе и не любовь, что царь его как раз подальше в леса сослать решил, чтоб при дворе глаза не мозолил и не напоминал лишний раз, как трон был получен. А вспоминать там… как Есислав этот едва ли не самолично сдирал с врагов шкуры и сажал на кол, выжигал глаза, вырывал языки и много чего еще делал во славу государеву. Только правда это, или брешут люди, Василина знать не могла.

Но от одной мысли, что придется жить с таким человеком, пробирала дрожь.

Пусть только попытается здесь свои порядки устанавливать, она найдет управу. Леса вокруг темные, а в лесах волков много. Да и не только волков. Костей потом не соберешь, концов не найдешь. Матушка не одобрит, конечно, но матушке знать и не обязательно. Василина вон, воеводе Тихомиру намекнет, и сгинет царский ставленник в темных лесах.

А пока стоило на этого Есислава посмотреть.

Вот-вот приехать должен. Данька как раз с Волчьей балки прискакал, сказал, что в трактире Есислав остановился, в дне пути. А Данька как раз всю ночь скакал, чтобы им тут сказать, чтобы за день успели приготовиться к встрече. Сам-то Данька волков не боится, у него, говорят, в роду есть… хотя никто не видел, чтоб оборачивался. Далеко в роду, видать.

Но будущий князь, говорит, ему сразу не понравился. Про старого и горбатого, небось, тоже он Баженке наплел. Данька приврать любит… даже не приврать, приукрасить от души.

Вот сейчас на башне сидит, высматривает.

Совсем темнело уже, а все нет. Или Есислав решил не ехать сегодня? Кто знает, какие у него планы. Отдохнуть решил? В трактире погулять? Решил подготовиться к встрече? Что-то не нравилось это Василине. Не одна из версий не нравилась.

Она извелась вся. Хотелось уже посмотреть на него и все для себя решить.

Подготовились уже, а его все нет.

Данька там на вышке тоже нетерпеливо приплясывал, вытягивая шею.

Не приедут? Пойти в дом, что ли… Уже почти решила, что сегодня нечего ждать.

– Едут! Едут, княжна! – услышала вдруг.

Их было четверо.

Василина даже сначала подумала – это не они, кто-то еще. Не может такого быть. Есислав должен приехать с дружиной… ну, хоть десяток людей с ним быть должен. Тем более, что Данька говорил, они весь трактир заняли, их много. И куда делись остальные?

Будущий князь чуть впереди, кафтан расшитый золотом, так и блестит, словно на параде… только кровью заляпан весь.

На них напали?

Собаки залаяли, завыли со всех сторон. Кажется, все собаки в крепости решили подать голос. Что за…

– Волки, – мрачно сказал Тихомир, неслышно подошедший сзади. Василина даже вздрогнула.

– Что?

– Трое из них волки, – сказал Тихомир. – Четвертый… не пойму. Вам бы может зайти внутрь, княжна? Мы сами встретим.

Кивнул своим, чтоб подошли ближе.

Данька мигом слетел с дозорной вышки, подбежал.

– Нет, – твердо сказала Василина. – Я хочу знать кто это.