Волчья стая

        Белая медведица, с семенящим сзади пушистым медвежонком, неспешно шествовала среди заснеженных, блестящих под весенним солнцем торосов.

        Время от времени она останавливалась и ловила носом  сырой, налетающий порывами ветер. Там, в нескольких километрах к югу, у кромки  растаявшего льда,  находились лежбища тюленей и птичьи базары,  на которых  оголодавшая  за зиму медведица, собиралась    поохотиться.

        Внезапно зверя что-то обеспокоило, он поднялся на задние лапы и чутко прислушался. В то же секунду  прогремела автоматная очередь, медведица  с ревом повалилась на бок   и неподвижно застыла  на снегу.  

        Через минуту  из-за ближайшего тороса  появился облаченный в меховый комбинезон человек в темных очках со шмайсером в руках  и, скрипя унтами, осторожно приблизился к зверю. 

        В нескольких метрах от него человек остановился, вскинул автомат  и выпустил вторую очередь в  скулящего рядом с матерью  медвежонка.  После этого  он обернулся  и призывно помахал вдаль рукой.

        Где-то среди торосов, в ослепительно искрящемся воздухе, раздался хлопок, затем натужно взревел двигатель и  через  несколько минут  к  незнакомцу  подполз  гусеничный   «даймлер». Хлопнули дверцы кабины, и на снег выпрыгнули  еще двое людей   в таких  же комбинезонах и  суконных масках с прорезями для глаз, одетых на лицах.

        - С удачной охотой, господин майор!  -  заорал один из них,  с биноклем на груди, а второй, присев на корточки,   стал разглядывать неподвижных зверей.

        - Спасибо,  Вилли. Это было совсем нетрудно, - ухмыльнулся  майор  Фриц Крюгер и повесил автомат на плечо. - Я был с подветренной стороны. А теперь парни сфотографируемся на  фоне наших трофеев   и за работу, пока они не застыли. 

        Сделав несколько снимков  извлеченным из кабины  тягача «ролленкордом», вся троица  вынула ножи и принялась свежевать добычу. 

        Через час, забросив шкуры в грузовой отсек  и хлебнув в кабине ямайского рому из   фляг,  они двинулись  в обратный путь. 

        Крюгер был командиром эскадрильи, а его спутники  летчиками    арктической базы «люфтваффе», расположенной  на леднике острова Гофмана  в районе Земли Франца-Иосифа.

        Этот самый северный в Европе  архипелаг был совершенно случайно открыт в прошлом столетии австрийцами  Карлом Вейпрехтом и Юлиусом Пайнером,  и сразу же попал в поле зрения Германии.

        В результате, в конце 1941 года, в режиме строгой секретности, немецким командованием здесь была создана специальная база   для ведения воздушной разведки  акватории Северного Ледовитого океана и нанесения бомбовых ударов  по конвоям противника, а также  его стратегическим объектам в Заполярье. 

        На базе, возглавляемой  полковником   Рудольфом  Майером,   располагалась эскадра  пикирующих бомбардировщиков  «Юнкерс-88» и истребителей  «Мессершмидт-109» с техническими службами, узел связи, метеостанция,  а также  рота охраны  из горно-стрелковой дивизии «Эдельвейс».

        …Круша траками лед,    тягач  с ревом перевалил через последнюю   гряду торосов  и выполз на  обширное ледяное плато.  С запада на восток, вдоль него тянулась  очищенная от снега  взлетная полоса,  вдоль которой стояли покрытые инеем самолеты, у которых суетились группы людей и ездили  бензозаправщики. 

        На некотором удалении от них, приткнувшись к массиву круто уходящего вверх ледника,  располагались несколько    смонтированных на тракторных санях  щитовых домиков  и стационарная наблюдательная вышка, оборудованная прожекторами и  антенной.

        Миновав их, «даймлер»  покатил к  леднику и, сбавив обороты, въехал  под своды     просторной    пещеры, причудливо освещенной уходящими в ее глубь фонарями. В пещере стоял еще один тягач, с установленным на кабине зенитным пулеметом, а вдоль стен, на деревянных помостах, высились штабеля бочек с горючим. 

        Здесь же, в ледяной камере, оборудованной  под мастерскую, возились  с разобранным  авиационным двигателем несколько механиков   в замасленных  комбинезонах.

        Заглушив двигатель, Крюгер  приказал своим спутникам заняться  добычей,    а сам, выбравшись из кабины, вышел наружу  и, посвистывая,  направился  по очищенной от снега дорожке  в сторону широкой расщелины, видневшейся  чуть  выше  по склону. 

        Поднявшись в нее по вырубленным в  фирновом снегу  ступеням, майор оказался  перед врезанной в ледяную стену, массивной  деревянной дверью. Он с натугой  потянул ее на себя, и вошел внутрь.  За дверью, обитой изнутри войлоком, находился  длинный, обшитый тесом  коридор, с  несколькими  отсеками.

        В первых двух, с  аккуратно застеленными  двухъярусными  нарами и  всевозможной, висящей  на стенах амуницией, было пусто, за исключением  дремлющего у жарко пылающей чугунной  печки дежурного, а из  последнего, расположенного в торце коридора и завешенного плотным брезентом, доносилась тихая музыка.

        Приподняв брезент, Крюгер вошел  в  отсек.  Он был несколько меньшим по размерам, но значительно уютней остальных.