Войны начинают неудачники

Тысячи лет человечество отчаянно боролось за право царствовать на Земле. Тысячи лет воины и герои, инквизиторы и жрецы огнем и мечом истребляли нелюдей, стирая даже память об их существовании. Ведьмы, оборотни, гномы... Наши предки преследовали их и беспощадно уничтожали, считая, что на Земле есть место только человеку. Казалось, они одержали победу...

Шли годы, и постепенно люди забыли об осторожности. Все богатство мира оказалось в их руках, и соблазны поглотили мрачных инквизиторов. Воины вернулись к сохе, герои надели шлепанцы и заняли места у каминов. Нудные рассказы обрастали все более красочными подробностями, превращая реальные события в мифы и сказки. Память о славных победах умерла с последним героем.

Но история еще не знала окончательных побед...

— Почему ты волнуешься? — резко обернулся мальчик.

Врасплох он ее не застал.

— Я? — женщина удивленно изогнула тонкую черную бровь.

Мальчик смутился:

— Я чувствую. Ты же знаешь, я отчетливо чувствую ауру. Ты сильно беспокоишься.

Женщина едва заметно улыбнулась. Совсем чуть-чуть, уголками губ, буквально заставив его искать улыбку на своем красивом, тонком лице.

— В тебе заложена огромная сила, Любомир, от тебя ничего не скроешь. Это пригодится будущему правителю Великого Дома. Где моя шкатулка?

Изящная золотая коробочка, хранившая только самые любимые драгоценности, стояла на маленьком столике справа от кресла, в котором расположилась женщина. Надо было лишь протянуть руку.

Мальчик быстро обошел кресло, взял шкатулку и откинул крышку. На вид ему было лет тринадцать. Светловолосый, невзрачный, худенький, слишком щуплый по меркам Зеленого Дома, он выглядел бы даже смешно, если бы не глаза. Огромные, ярко-зеленые глаза Любомира приковывали к себе, гипнотизировали, они отражали неимоверную силу, заложенную в его сердце. Силу дикой, первозданной магии, силу, которой позавидовал бы любой маг Тайного Города.

— Будь добр, подержи шкатулку.

На этот раз женщина одарила мальчика самой настоящей улыбкой. Полные, четко очерченные губы разошлись, обнажив ровный ряд мелких белых зубов, на щеках заиграли маленькие озорные ямочки, а в ярко-зеленых глазах на мгновение заполыхали ослепительные и немного безумные огоньки. Любомир пошатнулся: ее улыбка действовала не хуже наркотика, заставляя забывать обо всем на свете и ждать, ждать, ждать, когда же снова в глазах женщины проскользнет этот чудный, пьянящий огонек. Он сделал крохотный, совсем незаметный шажок, и теперь их разделяли какие-то пять-шесть дюймов. Пока непреодолимое препятствие.

— Надо подобрать что-нибудь не очень броское, — задумчиво протянула женщина, разглядывая свою богатую коллекцию.

Любомир не сводил глаз с ее загорелых плеч, стройной шеи и густой копны светлых, почти белых волос, уложенных в замысловатую прическу. Не в силах побороть себя, он чуть склонился и уловил идущий от ее волос тонкий запах жасмина.

— Не правда ли, оно прелесть? — Женщина нежно погладила только что надетое кольцо. — Ты не находишь?

Мальчик судорожно кивнул:

— Очень красивое.

Кольцо и впрямь было сделано со вкусом. Тонкая золотая полоска, покрытая причудливым орнаментом, замыкалась большим, необычной огранки изумрудом, способным, казалось, сверкать даже ночью, при свете звезд.

Его подарил Мечеслав, широкоплечий барон Мечеслав — повелитель домена Сокольники. Любомир видел, как женщина расцветает при появлении этого туповатого драчуна, и всякий раз бессильная ярость сводила ему скулы, заставляла сжиматься маленькие, хрупкие ладошки в такие же маленькие, хрупкие кулачки.

— Мне нравится, как он играет, — тихо произнесла женщина, задумчиво глядя на изумруд. — Чья душа живет в нем?

— Героя или красавицы, — улыбнулся Любомир, — а может быть, ювелира.

Он ненавидел это кольцо.

Шкатулка вернулась на столик. Любомир сделал пару неуверенных шагов и остановился посреди комнаты.

— Ты не объяснила причин своего волнения.

Она уже достаточно изучила мальчика, чтобы понять, что свой вопрос он не забудет.

— Не сочти за преувеличение, Любомир, но сегодня у нашего народа великий день, который мы ждали очень долго. Некоторые даже перестали верить, что пророчество сбудется и ты, Вестник, придешь. Что у нас снова появится надежда. — Она медленно окинула ласковым взглядом хрупкую фигуру мальчика. — Сегодня один из самых главных дней в моей жизни, мне предстоит донести до народа Зеленого Дома великую новость. Неужели ты думаешь, что я могу быть спокойной?

— Однако большая часть народа останется в неведении относительно моего появления, — Любомир снова резко обернулся.

— И продолжит оставаться, — подчеркнула женщина. «Не слишком ли ты умен, щенок, для своих тринадцати лет?»

— Мы обязаны хранить тайну.

— Почему?

— У нас слишком много врагов, — женщина перевела взгляд на свое отражение в зеркале. Кажется, все в порядке, хотя... Она чуть вскинула голову и осторожно поправила ногтем выбившийся волосок. — Неужели Ярослава не говорила тебе?

— Нет.