Воин Ллос

— Пусть поиграют, — произнесла глыба грязи, которая была Йеккардарьей своей сообщнице Эскавидне.

— В грязи под нашими ногами, — согласилась вторая прислужница Ллос. — Как это будет, даже не нужно прорицать, хаотично и чудесно. Прекрасно.

— Действительно прекрасно, — согласилась Йеккардарья. — Все происходящее так волнующе в своей непредсказуемости. Эти дураки, которые ищут закономерности... — Она покачала головой, что в данной конкретной форме означало, что вся верхняя половина ее оплавленной формы свечи закачалась влево и вправо. — Им нужен порядок, чтобы придать смысл бессмысленному.

— Им нужен контроль. Но они никогда не смогут его получить. Не так.

— Ллос есть хаос, и хаос есть правда, — сказала Эскавидне.

— Будем ли мы делать ставки на исход?

— Конечно. Мы не должны упускать такую приятную возможность.

— Победитель получит возможность должным образом обучить новейшего драука, когда его отправят к нам, что, несомненно, произойдет в войне наверху.

— А проигравший? — спросила Эскавидне, и она залилась смехом —  они обе так и сделали, потому что среди них не было проигравших. Только победители.

— Тренировать его было бы приятно, да, — согласилась Эскавидне, точно зная дроу, о которой говорит Йеккардарья. — Она отдавала всю себя леди Ллос на протяжении веков. Совершенно. До последнего. И ради чего? Какая жалось. Она возглавляет один из старейших и самых верных домов в городе. Долго, так долго, что она и те, кто ее окружал, были сильны с Ллос. А теперь ее нет, и ее падение завершено.

— Не жалость, — поправила Йеккардарья. — Это красота, каприз хаоса.

— Это верно. И теперь я хочу выиграть это пари. Выбирай, сестра моя, Бэнр или Меларн?

— У Жиндии Меларн больше сторонников.

— Включая нас!

— Не навсегда.

— Верно, верно.

Раздался булькающий смех обеих йоклол, будто грязные отрыжки одна за одной вылетали из их ртов. — Бэнры и их союзники победят, — решила Эскавидне. — Матрона Мать Квентл или кто-нибудь из их аристократов увидят правду, пока не стало слишком поздно для их Дома.

— Нет, сейчас они слабы и наделены милосердием. Матрона Жиндия —  нет. Она будет пытать всех, кого сможет поймать, сделает из них драуков. Богохульство обратится против еретиков, если Жиндия пообещает им искупление.

— Может быть некоторые, но не все.

— Но их будет достаточно. Альянсы Жиндии сильнее, в страхе перед Паучьей Королевой, — добавила Йеккардарья. — Союзники Бэнр вполне могут вскоре спрятаться в своих норах или вообще бежать.

— Они —  Бэнры, — возразила Эскавидне. — Они правили Мензоберранзаном с момента основания. Они понимают порядок вещей.

— Они правили? —  раздался другой голос, мелодичный и прекрасный —  для служанок, самый красивый голос, который когда-либо звучал. Было неясно, было ли в нем подчеркнуто «они» или «правили», но в тоне определенно слышалось веселье.

Обе развернулись, чтобы увидеть воплощение Ллос, гигантская комбинация паука и дроу, существо, которое вызывало так много эмоций, от любви и ужаса до всего, что находится между ними.

— Правили по твоей воле, конечно, — уточнила Эскавидне. — До ереси.

— Ах, да, ересь. Это было красиво, разве нет? — сказала Ллос посмеиваясь странным шипящим смехом в каждом слове. — Когда тезка Ивоннель Вечной впервые попробовала отвоевать у меня раба, которого превратили в драука, она просто не смогла устоять.

— Чистый хаос, — сказала Йеккардарья. — И не более запутанный и бессвязный, чем в умах тех драуков, которые пробрались сквозь паутину, которую она сплела вместе с Верховной Матерью.

— Мастерский удар. Я одобряю вашу последнюю игру, —  сказала Ллос этим двоим. — Я не ожидала от вас меньшего и не разочарована.

— Твоя похвала —  высшая награда, — ответили обе йоклол хором.

— Тогда ваша часть задачи выполнена, —  объяснила Ллос. —  Вы скатили камни с вершины горы, и теперь мы должны просто наблюдать и наслаждаться тем, куда они скатятся.

Немногие могли распознать лицо йоклол в их истинном обличье, и еще меньше могли бы понять выражение этих перепачканных комьев слизи, плоти и грязи. Ллос была одним из немногих существ, не относящихся к йоклол, которые могли расшифровать эти странные мимические тики.

— Почему же вы выглядите разочарованными? — спросила Ллос. — Вы начали идеальную лавину. Дитя вашего хаоса вольно катиться и разрушать все, к чему захочет прикоснуться.

— Это было весело, хотя бы, — сказала Эскавидне.

— Да, — подтвердила Йеккардарья, понимая волю Ллос, — но если мы продолжим, тогда, как мы могли бы заключить пари, не вмешиваясь в исход?

— Верно. И мне так нравится побуждать фанатиков и пугать еретиков, —  сказала Эскавидне.