Военная лирика

«Он подумал не о себе, а о войне» — фраза из книги, завершающей трилогию Константина Симонова «Живые и мертвые», «Последнее лето». Суховатая, такая документальная, «справочная» фраза, но в ней — огромный смысл, целая жизнь нескольких советских поколений, политический, эстетический опыт людей, созревших на войне. «Не о себе, а о войне»… Так и пишет Симонов — даже в самых личных, самых интимных стихах военной поры, за которые много и совершенно напрасно упрекали поэта иные его современники. Бранили как раз за «интимность», не разглядев, какой характер эта сверхличная тема приобрела в стихах поэта.

Некогда молодой Маяковский запальчиво требовал: «Можно не писать о войне, но надо писать войною!» Поэт Симонов пишет «о войне» — и «войною». Пожалуй, хоть это и нуждается в расшифровке, точнее не скажешь о самой приметной черте лирики Симонова военных лет.

Константин Симонов — литератор, разнообразно одаренный, которому одинаково близки и лирика, и публицистика, и драматургия, и «малая», и «большая» проза. Достаточно многообразны и темы, и проблемы жизни, волнующие писателя. И все-таки трудно переоценить значение темы войны в его творчестве — темы, концентрирующей в себе такое большое человеческое содержание.

В своих биографических заметках, вступительных статьях к сборникам стихов поэт часто говорит о влиянии, которое оказало на него то обстоятельство, что вырос он в семье командира Красной Армии, в военных городках и командирских общежитиях. Избрав профессию журналиста, Константин Симонов не только в силу обстоятельств жизни, но и по призванию стал писателем военной темы. Военная тема была главной для Симонова и до войны и после войны. Гражданская война в Испании, «первые выстрелы», услышанные им летом 1939 года в Монголии, четыре года военно-корреспондентской работы на фронтах Великой Отечественной войны, события периода борьбы за освобождение Китая. Только что завершена трилогия «Живые и мертвые», но исчерпана ли тема, с которой так тесно связана вся жизнь писателя? Ни во всей современной литературе, ни в личной писательской биографии Симонова проблема нашего военно-патриотического опыта не может отодвинуться, стать второстепенной. Причины этого становятся особо ясными, когда конкретно и наглядно рассматривается такое своеобразное и в то же время типичное для духовной жизни советского народа в момент наиболее ответственного испытания его сил, воли и возможностей явление, как военная лирика К. Симонова. Истоки военной темы в лирике Симонова находятся в героической теме вообще, столь свойственной романтизму юности. Героизм поэтом понимается как верность своему жизненному назначению, бесстрашие риска во имя этого как непрерывное движение к большой цели, и не столь уж важно, сумеет ли человек в отведенной ему судьбой жизни достигнуть этой цели. Куда важнее неуклонность стремления к ней, мужественная собранность, подчиненность всех желаний и надежд главному содержанию жизни. В этом смысле важно всегда в таких случаях цитируемое «программное» стихотворение Симонова, открывающее наш сборник, — «Всю жизнь любил он рисовать войну». Написанное в 1939 году, оно дает как бы сжатое, концентрированное выражение этого представления о героизме: художник, не дописавший последнюю картину, врач, не довершивший последний опыт, летчик-испытатель, разбившийся при последнем полете. Не бывает последних дел, нет отдыха, нет покоя — есть жизнь-подвиг, непрерывное и напряженное стремление к большой цели, ради которой поступиться покоем и уютом даже не долг, а просто потребность сердца. Строгая рационалистичная экономность, даже недосказанность строк стихотворения — примета особенного симоновского стиля, без украшений, деловитого, суховато-ясного:

Герой довоенной симоновской лирики — вот такой, без бытовой конкретности, своеобразно обобщенный концентрат героического, без сколько-нибудь определенной индивидуальности. Это характерно для таких, например, лирических «портретов», как стихотворения «Генерал», «Изгнанник», воссоздающие образы испанских республиканцев, — беглый стремительный очерк, со множеством фактических деталей и документальных свидетельств, в которых исчезают приметы личности и остается не человек, а легенда, притча о мужестве. Генерал Лукач — это писатель Матэ Залка — венгерский коммунист, погибший в бою за Испанскую республику. Он не закончил дела своей жизни — освобождения родины, к которой он шел через испанские поля сражений, он не может умереть — сражение продолжается: