Во тьму. Продавец душ

– Майк! Ты что нюх потерял? Вроде бы не ковидный, черт тебя побери! В эти исследования вложены очень солидные деньги, а ты паникуешь. Усовершенствованный отрубевидный лишай успел продемонстрировать неожиданные и очень перспективные результаты. Кто бы мог подумать, что эта безобидная грибковая инфекция, широко распространенная на коже людей, окажется столь грозным биологическим оружием? Смотри, как эта дворняжка теряет не только шерсть, но и кожу…

Агент Баркер указал пальцем на прозрачный бокс, в котором от страшной боли корчилась и выла приземистая собачка, успевшая потерять всю шерсть. Через прозрачный пластик было хорошо видно, как пузырящаяся кожа животного свисла лохмотьями, обнажая кровавые куски мышц. Не всякий нормальный человек мог бы безучастно наблюдать за мучениями несчастной подопытной таксы, но только не Баркер. Маленький лысый человечек со слюнявым ртом видел и не такое.

Высокий худощавый человек в белом халате измерил агента презрительным взглядом:

– Передай Совету, что дальнейшие работы с солнечным грибком бесперспективны. Если мы сумели заставить коронавирус летучих мышей мутировать и поражать людей ради продажи вакцин на миллиарды долларов, то с этой инфекцией дело обстоит гораздо сложнее. Это вам не болезнетворные бактерии и вирусы, против которых люди научились худо – бедно бороться. Чрезвычайно устойчивые к медикаментозному лечению генноизмененные грибки будут сеять смерть. При заболевании людей, и в частности, коронавирусом и его штаммами, мы часто наблюдали появление на коже некоторых больных характерных пятен. Причина в том, что грибки и бактерии, которые постоянно находятся на нашей коже, при ослаблении иммунитета становятся патологическими. И если, например, кетоконазол легко справлялся с грибковыми поражениями кожи, то в результате нашего вмешательства мы получили опаснейшее и чрезвычайно устойчивое биологическое оружие против всего живого на планете. Наш небольшой коллектив бессилен бороться с этим грозным инфекционным заболеванием, поскольку все перепробованные методы лечения не дали желаемого результата. А если не имеется перспективы найти средство борьбы с данной заразой, дальнейшие исследования считаю бессмысленными, а все материалы предлагаю уничтожить сжиганием. Ведь в нашей лаборатории неоднократно уничтожались полученные нами новые возбудители опасных болезней, с которыми нам не под силу было справиться.

Баркер досадливо покачал носатой головой, возражая:

– Майк! А ты посчитал, сколько на твою научную работу затрачено денег, сколько дорогостоящего оборудования переправлено в эту богом забытую маленькую страну? Поэтому торопиться не надо. И вот тебе мой дружеский бесплатный совет: никогда не паникуй. Ну а по результатам успешной работы твоего коллектива я представлю Совету видеоматериалы. Думаю, они произведут должное впечатление на наших хозяев. Еще раз строго предупредите своих сотрудников, чтобы не болтали. Ведь у всех имеются родные и близкие, а в случае утечки совершенно секретной информации они могут пострадать. Док! Мои поздравления и до скорой встречи. Да, совсем забыл о главном: принято решение о повышенном финансировании твоей лаборатории.

Агент вышел, а Майкл Розенфельд, проводив его ненавидящим взглядом, снял очки и протер их салфеткой дрожащими руками. В прошлом году в результате автокатастрофы он потерял единственного сына. Но беда не всегда приходит одна. Он не успел добраться с вакциной в госпиталь для ковидных в Нью – Йорке. Там, подключенная к аппарату ИВЛ, умерла любимая супруга Сара. После похорон, бесцельно бродя по пустынным комнатам роскошной квартиры, он подошел к письменному столу, достал старенький браунинг и загнал патрон в патронник. Потом полночи сидел, несколько раз прикладывая ствол к голове, но нажать на спусковой крючок так и не решился.

На следующее утро авиалайнер взлетел из аэропорта имени Джона Кеннеди и взял курс на Берлин, унося на борту разбитого горем широко известного в научных кругах доктора биологических наук.

Столица Германии встретила Майкла пронизывающим осенним ветром и холодным дождем. Односложно отвечая на вопросы немецкой таможни, он позволил проверить свою нехитрую кладь в чемодане и на такси добрался до железнодорожного вокзала. Поезд мчал на восток, в один из осколков некогда могущественной империи, и под мерный перестук колес Майклу, наконец, удалось задремать.

Чтобы заглушить горечь утраты, доктор с головой ушел в научные изыскания. Лаборатория имела вполне гуманное направление фармакологических исследований для получения препаратов по лечению опасных болезней. Но под этой благопристойной вывеской скрывалась бурная деятельность по созданию новейших видов биологического оружия. Бедная маленькая страна, на территории которой располагалась биолаборатория, могла поставить сколь угодно добровольцев в качестве подопытных кроликов. И это добровольное самопожертвование оплачивалось по местным меркам весьма щедро.