Вопреки предсказанию (СИ)

В полночь Улита отперла дверь крохотной комнаты на чердаке. Вдыхая сохранившийся запах благовоний, подошла к черной свече и сложила над ней ладони ковшиком. Вспыхнувшее оранжевое пламя осветило узкую комнату с изображением Бафомета на стене и разложенными на алтаре ритуальными принадлежностями. Колдунья зажгла еще одну белую свечу и, поставив ее перед алтарем, взяла в руки бронзовый колокольчик. Вращаясь против часовой стрелки и звоня во все стороны света, Улита с трепетом произносила знакомые слова:

Люди — всего лишь серые мыши, с которыми под покровом тьмы можно сделать все, что угодно. Уютно свернувшись в своих постелях-норках, ничего не подозревающие жертвы становятся совершенно беззащитными во время сна. В ее власти навлечь на них проклятье, если они осмелятся встать на пути.

Почувствовав нужный настрой, Улита остановилась и подошла к квадратному столику. Разложила карты Таро крестом и низко наклонилась, не обращая внимания на седые пряди длинных волос, упавшие на лицо.

«Проклятие!» — прошептала старуха, уставившись на карты. Появление будущего правителя Огненного братства под угрозой. Неразумная девчонка влюбилась и собралась замуж за другого. Согласно расположению звезд, именно она в ночь на Ивана Купала, должна родить мальчика, которому суждено закончить борьбу между светлыми и темными силами. Старуха собрала потрепанные карты в колоду и с неудовольствием оглядела свое маленькое убежище. Здесь ритуал черной мессы не был так волнителен, как в Огненном братстве, когда на алтаре заброшенной церкви лежала голая женщина и пили человеческую кровь. Ей доставляло наслаждение видеть исступленные лица людей, верующих в культ Ивана Купала. Всей душой колдунья желала возрождения Огненного братства. И если его предводитель не выйдет из своего укрытия, она займет его место. И в этом ей поможет малыш, который должен родиться, несмотря на возникшие обстоятельства.

Сердце Нины тревожно сжалось, когда она заметила входящую в их калитку Улиту. Зловещая фигура соседки в черном балахоне и черной косынке со спускающимися на плечи седыми кудрями ничего хорошего не предвещала. Чувствуя неприятную дрожь в коленях и желая оказаться подальше отсюда, девушка вышла навстречу и поздоровалась.

— Мать дома? — спросила скрипучим голосом Улита, глядя в упор на Нину.

— На работе. — у Нины появилась надежда, что гостья пожаловала вовсе не к ней.

— И хорошо, что ты одна, — осклабилась старуха. — Поговорить надо. Ну что застыла, как вкопанная? Не научили тебя, что гостей надо в дом приглашать?

Нина еле передвигала ноги за опирающейся на палку старухой. Улита уселась на деревянной скамье за обеденным столом, и какое-то время пристально изучала открытое лицо девушки своими черными глазами.

— Будете чай, Улита Петровна? — попыталась быть гостеприимной Нина.

— Некогда мне с тобой чаи распивать, — отрезала Улита. — Ты лучше присядь и расскажи, что у вас с Васькой моим случилось.

Девушка вздохнула, ей не хотелось снова говорить на эту тему. Ведь, кажется, она уже все объяснила бывшему жениху. Зачем же он мать послал?

— Улита Петровна, — осторожно начала она, старательно подбирая слова, — вы же знаете, я к Василию хорошо отношусь, но мы с ним такие разные.

— Что значит, разные? Одинаковых людей не бывает. Скажи лучше, что мой сын недостаточно хорош, чтобы стать твоим мужем. Тебе надобно жениха образованного. Так Васька тоже книжки любит читать. Ну а в институт не пошел, чтобы побыстрее на ноги встать. Замуж хотел тебя взять.

Нина вздохнула и решилась: уж лучше сказать правду, а там будь, что будет.

— Я не могу выйти замуж за Василия, потому что полюбила другого.

Некоторое время Улита сидела молча, рассматривая упрямую девчонку. Да что же привлекает к ней парней? Красотой, на ее взгляд, девушка не отличалась: светлые соломенные волосы, голубые глаза с белесыми ресницами, мелкие черты лица. Да и фигура оставляла желать лучшего: длинная, худая. Улите бы больше понравилась невестка под стать сыну: черноволосая, с карими глазами и пышными формами. А эта Нинка… И надо ведь, что кроме Васьки она еще кому-то понадобилась.

Но ничего не поделаешь, разве можно спорить с небесными светилами и лунным календарем? Только эта девица и Василий могут зачать ребенка, которому суждено родиться в ночь на седьмое июля. И да случится так, как написано в книге судьбы!

— Что значит, полюбила другого, если обещала выйти за моего сына? Или забыла? — резко спросила Улита.