Внушение на расстоянии

Выделение текста жирным шрифтом сделано редакцией как представляющее практический интерес.

Васильев Леонид Леонидович (1892–1966), — психолог и психиатр, член-корреспондент АМН СССР, основоположник научной парапсихологии в нашей стране. Автор 150 оригинальных научных работ и нескольких десятков научно-популярных работ. Основные направления исследований относятся к выявлению физической природы передачи мысленного внушения.

Л. Л. Васильев создал учение о трехфазной, волновой реакции биосистем на экстремальное воздействие (парабиоз, 1925–1937), позже описанной Г. Селье (1936) и получившей всемирную известность под названием стресс. Разработал метод лечения аэроионами. Открыл первую в России лабораторию парапсихологии в Ленинградском ун-те. Был президентом Ленинградского общества естествоиспытателей.

На основании также архивных данных Центрального государственного исторического архива Республики Башкортостан, можно сделать вывод о том, что первые опыты в области исследования стресса были сделаны Л. Л. Васильевым совместно с проф. К. П. Краузе в Уфимском физическом институте в период с 1917–1923 гг., т. е. минимум на 13 лет раньше Г. Селье (Канада).

В своей книжке, посвященной научному истолкованию так называемых «таинственных явлений» человеческой психики[1], автор уже имел случай рассказать читателям о словесном внушении и об удивительных явлениях, внушением вызываемых. Многократным повторением слов: «Засыпайте, засыпайте! Спите! Спите глубже, спокойнее!» тому, кто внушает, удаётся погружать некоторых испытуемых в гипнотический сон. Особенности этого сна были подробно изучены в нашей стране В. М. Бехтеревым, а его физиологическая основа вскрыта опытами И. П. Павлова, его учением о высшей нервной деятельности. В гипнотическом сне чрезвычайно повышается внушаемость. Благодаря этому гипнотикам удаётся словесно внушить очень многое: разного рода движения, те или иные поступки, иногда очень сложные; различные ощущения, иллюзии, даже галлюцинации; и более того, создаётся возможность воздействовать словом на физиологические отправления организма, казалось бы, вовсе не управляемые волей, психикой испытуемого. Например, вызвать у него внушённый ожог.

Некоторые из этих явлений удаётся в ослабленном виде вызывать словесным внушением и у неусыплённых испытуемых, если только им свойственна уже в бодрственном состоянии повышенная «сверхнормальная» внушаемость.

Подобного рода факты были в какой-то мере известны ещё греческим и римским врачам, но прошли столетия, прежде чем гипноз и внушение были признаны окончательно установленными и составили содержание особой науки — гипнологии.

В той же книжке, в главе, посвящённой вопросу о том, существует ли мозговое радио, автор уже коснулся темы данной брошюры: непременно ли внушение должно быть словесным, т. е. вызываться понятными испытуемому словами? Возможно ли ещё и «бессловесное», «мысленное» внушение, такое, когда экспериментатор внушает что-либо не произносимыми вслух словами, а всего лишь мысленно повторяемым приказом, находясь иногда на значительном расстоянии от испытуемого?

Мысленное внушение принадлежит к таким вопросам, которые в течение столетий то овладевают вниманием учёных, то выбрасываются в мусорный ящик псевдонаучных исканий человеческого ума (в истории науки их было не мало) то снова всплывают на поверхность, обогащённые новыми наблюдениями, и опять забываются на многие годы.

В зарубежных странах, особенно в США, Англии, Франции, Голландии, Индии, Аргентине, а также в некоторых социалистических странах Исследованию названного явления уделяют большое внимание. В капиталистических государствах имеются институты, лаборатории, даже университетские кафедры (например, в Утрехте), занимающиеся исследованием мысленного внушения и других связанных с ним «парапсихических» явлений[2].