Вникудайвинг

В этот раз багажа у меня не было. Так, рюкзак со сменой нижнего белья, тапочки, пижама да нетбук – мой верный спутник. Лучший багаж – пачка денег. Или банковская карта. С этим проблем не было: работа редактором-фрилансером приносила неплохой доход, а одинокая жизнь имела свои преимущества. Траты у меня были небольшие. В общем, этим летом я купила билет на поезд, не заостряя внимания на маршруте. Хотелось нырнуть в водоворот человеческих тел, морских волн, невероятных приключений и романтических, совершенно безумных страстей. И было всё равно, где меня это настигнет. Пусть не всё сразу.

Нижнее боковое место в плацкарте посередине вагона я выбрала сознательно: вагон проглядывается в обе стороны, столик свой, а наверху, как обычно, будут блиц-пассажиры, проезжающие короткие дистанции. В общем, устроилась комфортно. Продукты в четырёхсуточный путь купила в супермаркете у вокзала.

Мне нравилась предпоездная сутолока, любопытно было смотреть на людей с огромными чемоданами, детей со светящимися предвкушением глазёнками. Я обожала специфический запах гудрона, звук паровозного гудка и мерное постукивание колёс. Романтика.

В жизни мне хватало всего, кроме живого общения. И потому – плацкарт, июль и длинный маршрут. Красноярск – Адлер.

Ещё бы повезло с соседями.

И мне повезло.

– Отправление через пять минут! Просьба посторонним покинуть вагон!

Пихнув пяткой рюкзак под сиденье, я развернула шоколадку и стала смотреть в окно на заполнивших перрон провожающих. Мне ручкой помахать было некому.

Поезд тронулся.

И на моём лице расплылась счастливая улыбка. Я жадно провожала глазами любимый город, наслаждалась перестуком колёсных пар, неспешным движением поезда и краем глаза наблюдала за соседями, расстилавшими постель. Место надо мной пустовало. А в купейной части на столик выкладывала жареную курицу и свежие огурцы супружеская пара – лет на пятнадцать старше меня. Ещё одна соседка оказалась молодой девушкой. Пассажиры излучали приятное добродушие, шутили и знакомились.

– А вас как зовут, соседка?

Мужчина лет шестидесяти пяти вложил мне в руку яблоко и улыбнулся:

– Михей Семёныч, а это… – он кивнул на стройную женщину с короткой стрижкой, – Людмила Борисовна, супруга моя.

– Спасибо за яблочко. А я Ульяна.

Он протянул руку. Я улыбнулась. Не по этикету, но разве это важно? Когда от души, то этикет ни при чём. Я подала ладошку, и сосед с тронутыми сединой висками потянул меня к столу.

– Поешьте с нами, мы всегда рады приятной компании.

– Не стесняйтесь. Вы что-то совсем без багажа, недалеко едете? – присоединилась к приглашению женщина.

– До конца. Но кто знает, что взбредёт в голову посреди дороги. Может, выйду где-нибудь, поброжу дня три в Новосибирске или Краснодаре.

– А разве так можно?

Я откусила яблоко.

– М-м-м, как вкусно! Конечно! На десять дней можно выйти хоть где, поставить отметку в билете, нагуляться и продолжить путь. И доплачивать не надо.

– Как интересно!

Курицу я не ела, а вот кофе с новыми знакомыми выпила. Девушка, ехавшая на верхней полке, надев наушники, уставилась в свой айфон.

А день катился к вечеру, быстрее обычного, весело стуча колёсами, ласково укачивая и развлекая таёжными сибирскими пейзажами.

Я расстелила постель, переоделась в пижаму, купила сканворды у проводницы и удобно устроилась, вытянув ноги в белых носочках.

Место сверху осталось свободным и тогда, когда вагон погрузился в темноту ночи. Я уснула, уже не в силах разглядеть что-то за окном, вытянулась с блаженной улыбкой и, обняв хлипкую подушку, уснула.

В этом городе я не была никогда. Он всегда оставался в стороне по пути следования поездов, но небольшой магазинчик, битком набитый всем, чего пожелает душа, я помнила хорошо. Мне почему-то захотелось вина. Я любила терпкое французское – холодное и под хорошую закуску. Оно напоминало мне мою жизнь. Такую же терпкую, такую же выдержанную и такую-же хмельную. Таким был и мой давно канувший в Лету брак.

Магазинчик не обманул моих ожиданий. Выбрав вино, я попросила продавщицу открыть его и поставить в бумажный пакет для пива – распивать алкоголь в поездах давно уже запрещено. А бывали времена…

Супружеская пара с удовольствием составила мне компанию. Мы разлили вино в кружки, открыли окно… В разговорах о том о сём провели весь день.

Верхняя полка по-прежнему пустовала.

Но недолго.

В Тайге место надо мной занял Андрей.

Ему было на вид лет тридцать, и из багажа у него был почти такой же, как у меня, полупустой рюкзак.

– Привет, соседи.

Парень протянул крепкую рабочую ладонь Михею Семёнычу. Тот привстал, пожал руку и сразу сообщил:

– Ты Ульяну нашу не беспокой, к нам за столик садись, если покушать прижмёт. Мы только рады.

Парень мне понравился. Я смотрела на него как заворожённая. Синие, обрамлённые длинными чёрными ресницами глаза посмотрели на меня с лёгкой усмешкой.

– А Ульяна у нас… Вы?

– Ты… То есть я, но на «ты».

– Рад познакомиться, соседка. Куда путь держишь?