Вне системы

Если завтра не станет меня, ничего не изменится.

Кто-то встретится, кто-то умрет, а кто-то поженится.

Я закрою глаза, а земля всё по-прежнему вертится

Если я вдруг исчезну, поверь, ничего не изменится

1.01.2015

Я с ненавистью жарю бургер

И зло копчу на гриле утку

Которая вот-вот попадет в рот

Этому ублюдку

Садись

На мой плот

Если влезет живот

Мы тонем! Сходи

Тебе не спастись

Прости

Ты уже смердил

Изнутри

Сколько крылышек острых

Ты проглотил?

Свободная касса!

Налетай!

Лопай побольше!

Глотай!

Жареный жир

Обезжиренный жир

Сладенький жир

Со скидкой на жизнь.

Сделать бы котлеты

Из вашей задницы

Никто бы, наверное

Не заметил разницы

Свободная касса!

Налетай!

Лопай побольше!

Глотай!

10.01.15.

Утром и днем потребляешь ты сому

По расписанию после шести

Режут гробы для впадающих в кому

Сладкого сна. Их уже не спасти.

Бегство от тяжкой реальности жизни

Невыносимый порок бытия

Ты принимаешь лекарство от мысли

Что непременно погубит тебя.

Смерть – лишь формальность

Для внутренне полых

Сон – это радость

Бездушным рабам

Глянь – сколько равных

Существ однополых

Тварей безликих

Без жизненных драм.

Сколько машин

На убийство готовых

Чтоб получить

Свой наркотика грамм.

28.01.15

Проза жизни

Нещадно

Жарилась

На противне

Ржавой жалости.

Рвала

Пищеводы

Романтикам

Тощавшим

От нищеты.

Расщепляла

Мечты

Мещанам

Будто щи

Натощак глотая.

Прожигала

В желудке

Раны

Размешав

Кислоту отчаяния.

Распускала

Цветы

Нежности

В дурно пахнущей

Мира бренности.

Проходила тиски

Будничной

Коммунально-клоачной

Промежности.

5.03.15.

Я не знаю, как выдержать эти месяцы

Я держусь уже из последних сил

Мне б подняться на два этажа по лестнице

Не упасть бы в снег по пути в магазин.

Остановки, дыхание, сумки, тяжести.

Стиснув зубы от боли, иду вперёд.

Лишь бы не показать на минуту слабости.

В стёртых туфлях ступаю на гололед.

Я стремлюсь не давать обсуждений повода

Удивляюсь, зачем я ещё жива.

Я боюсь упасть у доски от голода

Я боюсь не дожить до весны тепла.

5.03.15

Мне среди ангелов нет места

И места нет среди чертей

Я сделан из другого теста

Я одинок среди людей

Себя я чувствую уродом

Я быть хотел таким, как все

Взрослеть, меняться с каждым годом

И заводить себе друзей.

Мне никогда не быть нормальным

Как все, общаться и любить

Быть обывателем – банально.

Мечта – великое творить.

Мне суждено быть одиноким

Лишь стены скрасят мой досуг

Дневник по-прежнему со мною

Мой верный закадычный друг.

10.03.15

Полки живых зловонных трупов

Идут по улицам толпой

С работ, заводов, институтов

Плетутся, хмурые, домой.

Сутулы спины, хоть не стары.

Пустые жизни, хоть стирай

И вечно руки по карманам.

Не можешь выжить – умирай.

С глазами мертвыми в глазницах

С унылой серостью внутри

С застывшим трауром на лицах

Как манекены из витрин

Их дьявол выкинул из ада

Их души сбросили с небес

И смерть – почетная награда

Для ядоточащих сердец.

Их никогда не обнаружат

До них нет дела никому

Над ними мухи роем кружат

А мне так плохо одному.

В моем кармане завалялась

Живая, чистая душа

Ей больно здесь, она пыталась

Гниющей сыростью дышать

Я не хочу пустым сосудом

По мертвым улицам ходить.

Противоядие – отсюда

Себя стараться сохранить

Твердили: выкинь, станет легче

С ней лишь страдания и боль.

Ты глуп, раним и так доверчив,

Твое лекарство – алкоголь.

Но равнодушие и разум -

Отнюдь не смысл бытия.

Моё духовное богатство

Ценнее вашего рубля

10.03.15.

Оставил планету

Как маленький принц

Ты смотришь на ленту

Из тысячи лиц

Чужие – все мимо,

Родных не найти.

Так необходимо

Сказать "отпусти".

За спинами – камни.

Звериный оскал.

Не знаете, парни,

Как долго я спал?

29.03.15.

Жить таким, как я – непросто.

Я – духовный инвалид

Спрятал душу для удобства —

Чтоб не видно, где болит.

Мне – упрёки и запреты:

Что же так не весел я?

Невдамёк им, что калекой

Сами сделали меня.

Сломлен духом, изувечен

В мире внутреннем – бардак.

"Что ты грустный, мрачный вечно,

Неулыбчивый?" – Да так…

Мне сломали жизни стержень

Раскромсали все мечты

Без надежды я повержен

Порван я на лоскуты.

Сок течет кроваво-красный

А шакалы и скоты

Упрекают ежечасно:

Что же так несчастен ты?

"Быть счастливым ты обязан

У тебя же нет забот".

Сердце вязнет в куче грязи.

Счастлив только идиот.

Я спасал себя напрасно:

Прежним мне уже не быть

Остается сквозь пространство

Тело жалкое влачить.

В магазин иду небритый

Сносит ветром, исхудал.

Я любимую пластинку

На бутылку обменял.

И стою, духовно нищий

Перед роскошью витрин

Просит мозг духовной пищи

Но живот неутомим.

В жертву книги – ради хлеба

Может, правда, проще жить.

Обо мне забыло небо

Я – духовный инвалид.

Инвалидов не жалею:

Есть, кому их пожалеть

Жить без духа тяжелее

Панацея – смерть.

Впрочем, это лишь формальность

Я давно уж не живу

В ткани вечности пространства,

Протирая в нем дыру.

Я не жду, я жажду смерти

Приближаю ее час

Нанизав часы на вертел

Пыткой каждому из вас.

Если ты скажешь слово "да"

И потом навсегда уедешь,

Мне совсем не составит труда

Подождать какую-то вечность.

30.03.15.

Ты говоришь, дал ей ужина вкусного

Деликатес из гусиной печени.