Влюблённый социопат

Вокруг море деревьев. Они нырнули в это море и целую вечность плыли на своей железной колеснице в ожидании, что однажды на горизонте замаячит долгожданный берег. Иногда вдалеке проглядывался островок света, к которому они быстро приближались. Но взгляду открывался лишь очередной раскинувшийся на десятки километров луг, залитый солнечным светом. На короткий миг их охватывало тепло, и тут же оно растворялось, стоило им снова утонуть в тени под кронами из частокола многовековых сосен и елей.

– Какой тут свежий воздух! – восторженно произнесла Кейла, наслаждаясь ветерком, тянущим из приоткрытого окна. Она изящным движением заправила за ухо выбившуюся из причёски смоляную прядь и обернулась к дочери, сидевшей на заднем сиденье. Её лицо просияло в улыбке: – Лиа, разве не чудесное место?

– Чудеснее не бывает. Напоминает заезженное начало к фильму ужасов: вокруг глушь, а мы, как банальные герои-тупицы, едем во всеми забытый городок, где проживают какие-нибудь людоеды. И это ещё в лучшем случае.

– Ну что за ребёнок… насмотрится всяких ужастиков, а потом мать пугает.

– Как будто тебя так легко испугать, – устало усмехнулся Маркус.

Лиа повернула голову к окну и стала безучастно следить за проскакивающими перед глазами толстыми и голыми стволами деревьев. Её тело и разум изнывали от чувства, когда хочется спать, но не можешь и пяти минут вздремнуть: опускаешь веки, а глаза всё равно продолжают отмечать сквозь тонкую кожу редкие вспышки света.

Проснуться в два часа ночи, чтобы доехать до аэропорта, после чего насладиться пятью часами перелёта, ожиданием, пока отец возьмёт напрокат машину, и теперь ещё шесть часов непрерывной езды, – что может быть лучше? Но, к счастью, их поездка подходила к концу, судя по внезапно оборвавшемуся лесу.

Показались первые дома: симпатичные, будто только отстроенные коттеджи. Вокруг некоторых хозяева возвели символический забор – не выше метра, служащий исключительно для отваживания диких животных. У одних был вырыт декоративный пруд, у других раскинулась клумба с цветами. Маленькие участки при доме не давали широкого раздолья для фантазии, поэтому основные ухищрения сводились к экзотическим в этих краях разновидностям растений.

– Нам очень повезло повстречать доктора Штерна, – певучим голосом снова заговорила Кейла. – Огромная редкость повстречать настолько неравнодушного человека. Мало того что помог с переездом, так ещё предоставил огромную скидку на свой отчий дом. Существуют же светлые люди.

– Либо выгодно сбагрил халупу, которую долго продать не мог.

– Лиа! – её тонкие брови возмущённо взметнулись вверх, а серо-зелёные глаза отыскали в зеркале заднего вида невозмутимое лицо дочери. – Прикрути-ка ты свой сарказм, милая. Иногда необходимо быть кому-то благодарной и желательно без злых усмешек.

– Кейла, ты порой тоже чересчур уж оптимистична. Я, конечно, не считаю, что он «сбагрил нам халупу», – Маркус в одно движение ловко припарковал машину и повернул ключ в замке зажигания, – но и не думаю, что он такой уж святой человек. Я бы назвал это взаимовыгодной сделкой.

– Вечно ты на её стороне, – буркнула Кейла, раскрыла дверь и покинула салон автомобиля.

Лиа выбралась следом.

Их новый дом выглядел как миниатюрный замок: с правой стороны закруглённый угол восьмигранной башни плавно врастал в здание, а из многощипцовой крыши возвышалась ещё одна – короткая и круглая. Облицовку стен явно недавно обновили, чего нельзя было сказать о выцветшей, местами треснувшей черепице и старинных, ещё деревянных оконных рамах.

На фоне затянувшегося свинцовыми тучами неба строение походило на дом из фильма ужасов, и для полного погружения в мистическую атмосферу не хватало разве лишь заунывного свиста ветра.

– Надо же, дом в викторианском стиле, – задумчиво произнесла Лиа.

– Не хочешь там пожить, принцесса? – мотнул головой Маркус в сторону одиноко возвышающейся над крышей башни с острым куполом, плавно переходящим в декоративный металлический шпиль.

– Я больше подхожу на роль старой злобной ведьмы, – отмахнулась она с ехидной улыбкой, – следовательно, подвал и котёл для зелий – мои.

Дверь соседнего дома с громким хлопком распахнулась, и на незастеклённой летней веранде возникла женщина средних лет. На первый взгляд она выглядела как бизнес-леди, одетая в строгий деловой костюм. Но по мере её приближения всё больше деталей опровергало первоначальное впечатление: юбка-карандаш оказалась слишком приталенной, обтянув эластичной тканью мельчайшие изгибы пухлых ног, а из-под застёгнутого на одну пуговицу пиджака не выглядывало ничего, кроме нижнего белья. Несмотря на свой возраст, а ей явно было под пятьдесят, она не стеснялась выглядеть вульгарно, и хриплый низкий голос от тонны выкуренных сигарет лишь подчёркивал это.