Весенняя песня

За ночь выпало много снега. Утром, когда ребятишки пошли в детский сад, они просто не узнали свою улицу: она была вея белая — и мостовая, и тротуары, и крыши домов. А воздух был чистый, прозрачный, и в нём так хорошо пахло свежим, только что выпавшим снегом!

После завтрака ребятишки оделись и вместе со своей воспитательницей Марьей Ивановной вышли во двор. Тут они принялись за работу: накладывали на санки лопаточками снег, отвозили его на середину двора и сваливали в большую кучу. Ребята старались наложить на санки побольше снега, потом один впрягался и тянул за верёвку, а другой подталкивал сзади. Тот, кто тянул, был лошадью, фыркал и брыкался, а кто подталкивал — был возчиком. Он покрикивал на лошадь и даже слегка подстёгивал её хворостинкой. Лошадь на это не обижалась.

— Вот мы с Петей какой огромный воз привезли! — крикнул Коля, подвозя санки к Марье Ивановне.

— Молодцы! — похвалила она.

Другие ребятишки тоже не отставали в работе, и скоро посреди двора выросла большая куча снега.

Тогда начали лепить деда-снеговика. Сначала слепили туловище, потом скатали из снега круглый ком и положили на туловище — получилась голова. Вместо глаз вставили два уголька, а вместо носа приделали большую, толстую морковь. Руки Марья Ивановна вылепила из снега и в одну дала метёлку, а другою снеговик упёрся в бок. Так он и стоял, подбоченясь, с метлой в руке. На голову ему надели старую соломенную шляпу.

Эта шляпа ребятам была давно знакома. Прошлым летом на даче Марья Ивановна сначала ходила в ней за грибами. Потом как-то раз грибов набрали очень много — их некуда было класть, и тогда шляпа Марьи Ивановны превратилась в корзинку. Затем из корзинки она превратилась в сачок, ребята ловили им головастиков и водяных жуков.

А теперь Марья Ивановна опять достала шляпу из кладовки, вставила сбоку вместо пера прутик и надела её на голову снеговику:

— Ну, вот и готово!

Ребятишки и Марья Ивановна отошли в сторону, чтобы издали полюбоваться на свою работу.

И вдруг все так и замерли: с соседнего дерева прямо на голову снеговику спорхнула синичка. Ребята её хорошо знали. Она постоянно летала вместе с воробьями по двору возле дома и клевала хлебные крошки. Ими дети кормили птиц. Эта синичка была очень смелая. Она часто садилась на подоконник и даже на форточку. Вот и теперь она прыгала на шляпе снеговика и несколько раз что-то с неё склюнула. А потом перелетела на длинный морковный нос и давай его долбить!

— Марья Ивановна, Марья Ивановна! — заволновались дети. — Она ему весь нос отклюёт!

— Нет, ребята, не бойтесь! — засмеялась Марья Ивановна. — А знаете, что я придумала? Давайте так устроим, чтобы наш дед-снеговик кормил птиц.

— Давайте, давайте! — закричали все, перебивая друг друга.

Синичка испугалась, взлетела на дерево и уселась на ветку.

— Слушайте, — сказала Марья Ивановна, — мы дадим снеговику в руки не метёлку, а дощечку, чтобы он держал её перед собой, как поднос. А на дощечку каждое утро будем сыпать разные крошки и зёрнышки. Вот наш снеговик и станет кормить птиц.

— Ой, как хорошо! — обрадовались дети и даже запрыгали от восторга.

Они быстро отыскали подходящую дощечку и принесли её Марье Ивановне.

Тогда она переделала руки снеговику. Теперь он держал ими дощечку. На неё дети насыпали хлебных крошек, зёрен, а маленькая Таня даже положила кусочек сахару, который оставила от чая для куклы.

Угощенье было готово, и дети побежали домой, чтобы глядеть в окно, как птицы прилетят к деду-снеговику.

Но в этот день почему-то никто из крылатых гостей не захотел попробовать угощения ребят.

Зато на следующее утро птицы, наверно, перестали бояться. Первой прилетела на дощечку бойкая синица, а следом за нею туда же собралась целая стайка воробьёв.

Дед-снеговик угощал птиц. Он держал дощечку, как блюдо, на вытянутых руках и поглядывал на воробьёв и синичку чёрными угольными глазами, будто хотел сказать: «Кушайте, кушайте получше, набирайтесь побольше сил».

И птицы очень охотно клевали крошки и зёрнышки.

Кончилась зима. Наступила весна. Снег потемнел и пропитался водою.

Дед-снеговик покосился набок. Шляпа на нём обвисла, размокла, морковный нос отвалился, и дощечка из рук тоже выпала. Но она уже больше и не нужна была. Птицы весной перестали прилетать к деду в столовую. Теперь они находили себе корм на оттаявшей земле — на проталинках. У птиц начались большие хлопоты: они устраивали гнёзда.

Как-то утром, придя в детский сад, ребятишки увидели в окно воробья. Он сел на шляпу деду-снеговику и вдруг схватил клювом торчавшую из неё соломинку, схватил и улетел. Марья Ивановна сказала, что воробей понёс её себе в гнездо.

Марья Ивановна с детьми сколотила из дощечек птичий дом — скворечник.

Скворечник пристроили в саду на высоком дереве. Каждое утро, выходя гулять, дети смотрели, не прилетели ли в их домик скворцы. Но домик всё пустовал.

Это было, конечно, очень досадно, потому что погода с каждым днём становилась всё теплее.