Веселые байки из жизни обычной собаковладелицы

РАДА

Потеряшка.

Во времена «лихих» девяностых была у нас с мужем овчарка. Черная как ночь.

Купил её мой муж маленьким несуразным щенком без всяких документов, поверив людям на слово, что это чисткровная немецкая овчарка от хороших «служебных» родителей, и привез мне в подарок на день рождение в качестве сюрприза, о котором я давно мечтала.

Увидев данный сюрприз, я чуть в обморок не упала: щенок был ни капли не похож на немецкую овчарку. Худющий, с выпирающими ребрами, тонколапый, с болтающимися ушами и абсолютно черный.

– Что за дворнягу ты мне купил? – возмутилась я.

– Не нравится, давай верну обратно, – парировал муж.

В это время щенок запрыгнул мне на колени и лизнул в нос. И вопрос о возвращении неудачного приобретения отпал сам собой.

Щенок, которого мы назвали Радой, рос, отъедался и постепенно стал превращаться из «гадкого утенка» в красавицу. Уши встали, грудь раздалась, лишь лапки остались немного тонковаты, сказывалось явно голодное детство.

Мы привязались к Раде, она была добрым, ласковым и достаточно послушным щенком, но у нее была одна проблема: она не желала никого ждать. Ей сразу же начинало казаться, что её бросили и бросили навсегда. И это трагедия вселенского масштаба, о которой она должна немедленно сообщить всему миру. Даже если мы гуляли втроем: она, я и муж, и кто-то один заходил в магазин, она устраивала такие истерики, так орала и так рвалась следом, что к нам даже прохожие подходили: думали собаке живьем лапы или голову откручивают. Одним словом потерять кого-то из стаи это изначально для нее был шок и ужас-ужас…

Однако длительные и терпеливые занятия с инструктором дали свои результаты. Рада поверила, что хозяева вернутся обязательно к тому месту, где её оставили, и её стало можно оставить одну уже где-то месяцев с десяти, даже не привязывая, на команде. Но я все равно привязывала около магазина, чтобы народ не пугать.

И вот однажды пошла я с ней в магазин, а там очередь – крупу дают, причем в неограниченном количестве, по-моему, то ли пшено, то ли перловку. Годы тогда были голодные, а собачка наша кушала хорошо, и я встала. Отстояла очередь, купила то ли 10, то ли даже 15 килограмм, сейчас и не вспомню… Когда покупала, продавщица, неодобрительно на меня глянув, сердито спросила: «Что вы с крупой-то делать будете в таком количестве, продавать что ли?». Я промурлыкала в ответ, что буду варить кашку очень большой собачке, не страдающей отсутствием аппетита, подхватила огромные сумки с крупой и поволокла их к выходу.

Выхожу, а у входа привязанный мною поводок, на нем ошейник, а собаки НЕТ!!! Я в нервах шаг влево, шаг вправо, потом обратно, ибо с сумками не побегаешь, и ору: «Рада! Рада!»… А в ответ тишина.

Вскоре старушка одна подошла ко мне. Очень я ей тогда была благодарна. И говорит: «Вы знаете, Ваша собачка вывернулась из ошейника и с пуделем, вон в тот скверик убежала играть… Он к ней подбежал, такой ласковый и игривый весь, прыгал вокруг нее, а потом его позвали, он побежал, и Ваша вывернулась из ошейника и за ним помчалась».

Я поблагодарила ее, потом мысленно вспомнила много нехороших слов, которыми хотела бы наградить мою молоденькую бестолковку, но идти искать её с неподъемными сумками не рискнула. Отвязала поводок и поволокла тяжеленные покупки к дому.

А надо сказать, что мы только-только переехали в новую квартиру, пары дней еще не прошло и для моей молодой совсем собачки, можно сказать подростка по человеческим меркам, вся окружающая обстановка была незнакома. Поэтому доставив сумки до дома и не надеясь, что она сама найдет дорогу домой, я помчалась поспешной рысью ее искать.

Сначала к магазину сбегала, там эта же старушка мне сообщила, что собачка моя возвращалась, но увидев отсутствие поводка, занервничала, начала метаться и рванула куда-то туда, – мне было указано примерное направление.

Около часа я бегала по окрестностям, но абсолютно безрезультатно. Забегала домой, надеясь, что она все же запомнила дорогу. Но нет, по словам соседей, у дома она не появлялась, потом помчалась обратно к магазину, но и там собаки не было.

Утомленная безрезультатными поисками я поплелась обратно к дому, размышляя, что еще можно предпринять, и тут с обратной стороны магазина возле мусорных баков увидела какую-то собаку-бродяжку… Немного похожую на мою, но только совсем немного. Лишь цвет был такой же – абсолютно черный как ночь. А в остальном даже сравнить нельзя. Ведь моя была с гордым разворотом плеч, со стоящими красивыми ушами, лоснящейся шерстью, а эта съеженная, низенькая, жмущаяся к баку, с повисшими ушами (для овчарок это невозможно, они не могут опустить уши, если те уже «встали», только прижать) и тусклой, не имеющей вида шерстью. Вот форменная бродяжка и точка. Но все равно что-то притягивало в ней, что-то неуловимо-знакомое. И я, замерев в отдалении, абсолютно не веря, что это может быть она, скорее едва слышно выдохнула, чем произнесла: «Рада?».