Каникулы в Венеции

Холл отеля вилла «Флавия» был просторным, с высоким потолком, изящными фресками на стенах и люстрами венецианского стекла. В серебряных рамках на рояле стояли фотографии именитых постояльцев, в витринах блестел старинный фарфор, и солнечный свет струился сквозь стеклянную дверь, приоткрытую в тенистый парк, где бриллиантом в оправе вечнозеленой растительности сверкал плавательный бассейн.

Но только что прибывшая молодая женщина не замечала окружающего великолепия. Она с недоверием смотрела на служащую за стойкой регистрации.

— Так, значит, моей сестры здесь нет?

— К сожалению, нет, синьора.

Девушка натянуто улыбнулась и достала из ячеек, находящихся позади нее, письмо.

— Ваша сестра оставила это для вас, мисс. Когда прочтете, носильщик проводит вас в номер.

С дурным предчувствием женщина вскрыла письмо. Вчитываясь в знакомый небрежный почерк сестры, она чувствовала, как ее охватывало смятение, скрытое от посторонних глаз лишь благодаря большим темным очкам.

«Милая сестричка, не сердись, что не застала меня. Это всего лишь на один-два дня, пока ты не приедешь в Виваро, — подвернулся случай поехать с Андреа, и я за него ухватилась. Я понимаю, что из-за этого ты останешься одна на день или два, до приезда на виллу «Канторини», но ведь в твоей работе это обычное дело, к тому же я дала указания всем во «Флавии», чтобы тебя опекали, организовали поездку в Венецию и все, что пожелаешь. Так что до субботы, чао, дорогая, целую».

Молодая женщина спрятала письмо, напряженно улыбнулась юноше, ожидавшему ее с багажом, и пошла следом за ним через распахнутые двери холла к колоннаде, идущей вдоль двухэтажного спального корпуса. Арки колоннады были обращены в парк. Не застав сестру, она испытала нечто вроде шока и поэтому, поднявшись по гладким каменным ступенькам на верхний этаж, вдруг почувствовала усталость. Носильщик проводил ее в просторную комнату, сообщил, что чай подают на террасе, и удалился с довольной улыбкой в ответ на щедрые чаевые. Закрыв за ним дверь, женщина немного постояла, разглядывая открывающийся из окна вид на парк и бассейн, приказав себе отбросить тревогу. Ее сестра уже давно не ребенок. Из письма ясно, что она здорова, весела и прибудет в Виваро меньше чем через сорок восемь часов. А сейчас надо приступить к работе и записать первые впечатления об отеле.

Прибыв на север Италии в качестве старшего консультанта туристического агентства, гостья из Англии была командирована для ознакомления с тремя отелями. Сегодня днем она прилетела в аэропорт Марко Поло в Венеции, где ее ждала заранее взятая напрокат машина, и выехала по дороге на Падую. Первая остановка была на вилле «Флавия», где ее сестра подрабатывала регистратором во время летних университетских каникул. Милое очаровательное создание изучало французский и итальянский, и именно она предложила этот отель как объект для ознакомления, что в те же время позволяло сестрам побыть вместе. И вместо этого предпочла с кем-то уехать, с досадой подумала женщина.

Отложив на время записи и распаковку багажа, она расчесала волосы и, решив, что ее хлопчатобумажная блузка и юбка выглядят вполне прилично, отправилась пить чай. Чай подавали на террасе под полосатым навесом. На столике, покрытом розовой льняной скатертью, стояли чашки из тонкого фарфора, чайники с кипятком, лежали ломтики лимона и пакетики чая с непривычным ароматом земляники и жасмина.

В тепле заходящего солнца, под счастливые возгласы детей, плещущихся в бассейне, Диана Клеаринг немного расслабилась. Потрясение, вызванное поступком Китти, постепенно проходило. Она была одна на террасе, большинство людей в это время либо переодевались к ужину, либо загорали у бассейна. Она вспомнила о предстоящей работе, как только заметила статуи и каменные вазы с гортензиями, которые, как огромные розовые шары, резко выделялись на фоне ослепительно белого гравия. Пожалуй, Китти права, подумала Диана, эта вилла — очень красивое место. И теперь самое время познакомиться с ним подробнее.

Она отказалась от чая, предложенного проворными официантами, и отправилась на прогулку вокруг бассейна, с улыбкой наблюдая за троицей загорелых ребятишек, обдающих друг друга брызгами под снисходительными взорами родителей. Хотя время близилось к вечеру, солнце все еще пригревало, и, поддавшись искушению, Диана растянулась в одном из шезлонгов, больше утомленная беспокойством о Китти, чем перелетом из Лондона.