ВЕЛИКОДЕРЖАВНЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ НАЦИИ

В результате необратимого развития в России буржуазно-капиталистических преобразований, зарождения средних имущественных слоёв горожан последнее время множатся представители русского населения, кто начали бессознательно чувствовать, – народ и нация не одно и то же, – и некоторые из них всё настоятельнее требуют понятного и исчерпывающего ответа – в чём заключено принципиальное отличие нации от народа? Однако в стране до сих пор повсеместно и без исключения в понимании этих слов царят полный сумбур.

Для русского же революционного национализма понятие нация есть базовое понятие, основополагающее понятие. Без определения его сути рассуждения о национализме и национальной революции политически наивны, похожи на рассуждения девственницы о семейной жизни.

Так что же такое есть нация? Зачем понадобилось вводить это понятие в политический лексикон?

Для ответа на данный вопрос надо взглянуть на историческое становление первого после эпохи античности собственно буржуазно-капиталистического общества, а именно английского. Оно, это становление, представляется тем более наглядным, показательным и поучительным, что получило очень образное теоретическое обоснование участниками трагически напряжённого творческого осмысления последствий английской буржуазной революции 1640 года, современниками зарождения и развития новых экономических и общественных отношений, ещё не знающими, что из этого получится.

Становление английской буржуазного общества, английского буржуазного государства происходило не по накатанной колее, а эмпирически, через тяжёлый опыт, пробами и ошибками, огромной кровью и неисчислимыми жертвами – в течение почти полутора столетия. И было прямым следствием великих географических открытий и вызванных ими – как глубочайшего мировоззренческого кризиса католицизма, так и быстрого изменения структуры хозяйствования в приморских государствах Западной Европы. Однако сами великие географические открытия подготавливались в предыдущих, средних веках западноевропейской истории, что предопределило характер и размах вызванных ими потрясений в укладе жизни целого ряда стран, потрясений, как раз и приведших к буржуазным революциям сначала в Нидерландах, а затем в Англии.

В Западной Европе с конца первого тысячелетия от рождества Христова обострилась проблема обезземеливания. Первый Крестовый Поход был самым непосредственным образом обусловлен этой проблемой, а его практической целью были освоение и колонизация ближневосточных земель и переселение туда избытка католического христианского населения для укрепления влияния пап в этом регионе. Несмотря на предпринимаемые несколько столетий совместные усилия папства и феодальных государств Западной Европы программа эта провалилась, а проблема перенаселения осталась. Решалась она главным образом эпидемиями и неурожаями, голодом и мором. Однако Крестовые Походы в течение нескольких веков укоренили в сознании феодальных сословий католического мира, в простом крестьянском населении идею заморской экспансии и колонизации, сделали её неотъемлемой и традиционной в культуре, в мифах, в мечтаниях и проектах мыслителей. Они же вызвали создание материальных средств для обслуживания переброски кораблями больших масс войск, переселенцев и животных на большие расстояния.

Крестовые походы накопили опыт тактики ведения жестоких войн небольшими отрядами, которые выживали только с истреблением противника и жестоким порабощением туземцев, тактики недоверия к коренному населению и вытеснения его с земель для освобождения её поселенцам. Они же породили по-военному дисциплинированные монашеские ордена, укоренили в них традиции наступательной и предприимчивой миссионерской деятельности, которая часто сочеталась со сбором разведывательных данных о противниках, с изучением их быта и нравов ради дальнейшего практического использования в дипломатических и иных целях.

Поэтому первые географические открытия Колумба упали на подготовленную почву. Они лишь повернули идею заморской экспансии и колонизации от Ближнего Востока к Новым Индиям, то есть к Северному и Южному американским континентам. И действительно, экспансия западноевропейцев из приморских стран на другие континенты, жестокая и эффективная колонизация новых земель происходила подобно разжимающейся пружине, с энергией, до сих пор изумляющей историков, однако не удивительной для современников.