Великие и ценные вещи (ЛП)

Кэмден

Легкие горели, когда я делал глубокий вдох, ища кислород, которого не было, а пальцы чесались от желания взять сигарету, которую я выбросил шесть лет назад. На высоте со мной такое случалось каждый раз - по крайней мере, в отношении дыхания.

А тяга к курению? Это было вызвано Альбой, штат Колорадо, население 649 человек. Так гласил знак, мимо которого я проехал около мили назад. Но я не собирался доверять знаку, который не обновлялся с тех пор, как я родился, что было вполне обычным делом в моем родном городе.

С тех пор как я уехал, здесь ничего не изменилось, да и весь город был практически таким же. За пределами асфальтированных дорог, Альба была одним из наиболее сохранившихся городов-призраков в Колорадо, и туристы, заполонявшие ее улицы летом, поддерживали жизнь в крошечном городке всю зиму.

Пока я тянул руки к позднему полуденному солнцу и заснеженным вершинам над головой, возвращая жизнь в мышцы, которые слишком долго сводило судорогой во время поездки из Северной Каролины, на бензоколонке поднималась цифра. Мартовский ветерок пронизывал меня насквозь, и я приветствовал его ледяные пальцы на моей обнаженной коже. Здесь, на высоте десяти тысяч футов, определенно была не погода для футболок.

Мое внимание привлек вздох, и я повернулся к минивэну, который минуту назад остановился позади моего джипа. Блондинка в солнцезащитных очках, слишком больших для ее лица, и в зимней куртке смотрела на меня, стоя одной ногой на бетоне, а другой внутри машины, как будто кто-то нажал на паузу во время ее выхода.

Я опустил руки, и моя рубашка опустилась на место, прикрыв полоску живота, которую она, без сомнения, успела разглядеть.

Она быстро покачала головой и начала нажимать на газ.

По крайней мере, она не показала крест и не отступила назад.

Либо она переехала в Альбу в течение последних десяти лет, либо моя репутация несколько смягчилась с тех пор, как я ушел в армию. Черт возьми, может население Альбы вообще забыло обо мне.

Заправив бак, я направился в небольшой магазинчик, чтобы купить что-нибудь выпить. Одному Богу известно, что у отца в холодильнике.

Когда дверь закрылась за мной, раздался звон колокольчиков, и я кивнул в знак приветствия пожилому мужчине, облокотившемуся на прилавок. Похоже, мистер Уильямсон все еще владел заправкой. Его густые седые брови приподнялись в быстрой улыбке. Затем он сделал шаг вперед, и его брови и улыбка опустились, когда он в замешательстве моргнул. А затем его глаза сузились в знак понимания, кто стоял перед ним.

Похоже, этот парень все еще жив и здоров.

Я быстро выбрал несколько бутылок воды из скудного ассортимента и отнес их к прилавку.

Глаза старика метались между моими руками и бутылками, пока он забирал их, как будто я собирался их украсть или что-то в этом роде. Я был кем угодно, но не вором.

Снова прозвенели колокольчики, и Уильямсон заметно расслабился.

«Добрый день, лейтенант Холл», - поприветствовал он своего нового посетителя.

Потрясающе.

Я не стал тратить время на то, чтобы даже смотреть на него. Этот упрямый, старый, осуждающий ублюдок и он ненавидел меня...

«Вот дерьмо. Кэм?»

Это был не Тим Холл со значком это был его сын, Гидеон.

У Гида отвисла челюсть, а его светло-карие глаза были широко раскрыты от шока. Это было похоже на то выражение, которое он скорчил в тот раз, когда Ксандер затолкал нас в женскую раздевалку осенью первого курса. Я так и не нашел способа должным образом отблагодарить брата за его попытку дедовщины - не то чтобы кто-то поверил, что Ксандер опустился до такой низости. В конце концов, он был хорошим сыном.

«Я не думал, что полицейские должны произносить такие слова.»

Я быстро окинул его взглядом. В отличие от своего отца, Гид был слишком подтянут, чтобы иметь живот выше пояса.

«В отличие от солдат?», - возразил он.

«Вообще-то, это дает нам бонусные очки, и кроме того, я больше не ношу форму.»

Я не носил ее уже семнадцать дней.

«А твой отец знает, что ты украл его значок?»

«Больше? А твой...»

Он вздохнул.

«Черт, у меня ничего нет!»

Его смех разбудил мой собственный.

«Рад тебя видеть!»

Он крепко обнял меня, прижав к себе, его значок впился мне в грудь.

«Я тоже.»

Я улыбнулся, когда мы отдалились друг от друга.

«На самом деле, ты, наверное, единственный человек, которого я рад видеть.»

«Да ладно. А как же мистер Уильямсон?»

Гид посмотрел через мое плечо и скривился от выражения, которое он увидел на лице Уильямсона.

«Ладно, я понял.»

«Он никогда не был моим фанатом.»

Я пожал плечами, прекрасно понимая, что он меня слышит.

«В последний раз, когда ты был здесь, ты выбросил кого-то в это окно.»

Гид указал на стекло, которое уже давно заменили.

«Старик, как давно это было? Четыре года назад?»

«Шесть», - машинально ответил я.

Из всего того немногого, что я помнил о той ночи, дата все еще была кристально ясной.

«Шесть. Точно.» Выражение лица Гидеона изменилось, без сомнения, он вспомнил, почему я в последний раз был в Альбе.

Похороны Салливана.