Великая Екатерина. Рассказы о русской императрице Екатерине II

© Алексеева В. А., 2001

© Полозова Т., вступительная статья, 2001

© Бритвин В., иллюстрации, 2001

© Оформление серии. Издательство «Детская литература», 2001

Ты держишь в руках новую повесть Сергея Петровича Алексеева «Великая Екатерина» (Рассказы о русской императрице Екатерине II). В предисловии я расскажу тебе о своём впечатлении от книги, которую издало для тебя издательство «Детская литература».

Когда я прочитала рукопись этого произведения, мне захотелось побеседовать с тобой, читатель, именно как с другом. Говорят же: «Скажи, что ты любишь читать, и я скажу, какой ты человек».

Я давно знакома с автором книги, которая у тебя в руках. Давно читаю и перечитываю его произведения. И с каждой новой книгой люблю их больше. В твоей школьной библиотеке немало его увлекательных произведений. Знаток отечественной истории, Сергей Петрович Алексеев рисует живые картины различных её периодов так, как будто он сам лично жил во все времена, которым посвящает свои книги. Как будто он сам участвовал и в революционных событиях 1917 года, лично воевал в Гражданской войне начала 20-х годов, сам лично вёл танк, первым врывался в наши города, захваченные фашистами в начале Великой Отечественной войны 1941–1945 годов.

И рассказы о Екатерине Великой написаны не сторонним ее исследователем, но именно неравнодушным человеком, как будто лично наблюдавшим каждое из событий, составляющих смысл рассказов о русской императрице.

Вот, например, рассказ «Я буду старшей!». Он – о забавах девочки по имени Фике. О детских играх будущей русской императрицы. Это она, будущая Екатерина Великая, уже в детстве, даже в играх, упорно проявляла свой сильный характер. Любила играть с мальчишками, но не просто играть, а именно – командовать. «Я буду старшей!» – твёрдо заявляла Фике и добивалась своего.

Как уверенно командовала! Слушались её все. Нравилось всем подчиняться находчивой девчонке. Смелая она была и ловкая. С ней всегда интересно. Читаешь рассказ и представляешь живую, остроумную Фике. Как будто в кинокадрах проходит перед нами её жизнь. К тому же наше собственное воображение при внимательном чтении дорисовывает образ девочки.

Писатель же помогает нашему воображению. Заметь: не случайно он троекратно повторяет в споре предложения мальчишек:

«– Пусть будет старшим Ганс!

– Пусть будет Карл!

– Фридриха, Фридриха – в старшие!»

Пока мальчишки спорят, выдвигая кандидатуру в старшие, мы напрягаемся, ждём решительного слова. И вот оно: «Нет, я буду старшей! – упрямо сказала Фике». Вот она – уверенность в себе и смелость: девочка беспрекословно сама себя представила командиром. И мальчишки подчинились.

Вспомним: троекратный повтор свойствен народным сказкам. Во многих из них действуют три брата или три сестрицы. Заклинания, считалочки тоже часто строятся на троекратных повторах действия, призыва, уговора. Писатель Сергей Петрович Алексеев использует этот приём, чтобы приблизить к нам, читателям, своих героев. Помогает вместе с ним, с автором, как будто лично наблюдать и живо представлять всё происходящее.

Вот глава «Едет»: январскими морозными днями едет в карете повзрослевшая Фике в Россию. Прибывает каретный поезд в один город, потом во второй. Затем едет далее… Три раза повторяются одни и те же вопросы к проезжающим на пропускных пунктах. Три раза мы читаем и словно бы слышим один и тот же ответ:

«– Кто такие?

– Зачем?

– Куда?

– Графиня Рейнбек. В Россию».

Трёхкратно повторяются диалоги, мысли, действия и характеристики героев, их портретные зарисовки. Например, в рассказе «Достань воробушка» зримо нарисован портрет офицера-гвардейца. Он «подлетел» к карете Екатерины и занял место кучера. Передавая быстрое действие, писатель использует короткие фразы, выстраивает их в ритме скорого движения. Читая рассказ, мы оказываемся во власти чётко звучащих слов, фраз, как будто сами видим всё происходящее.

«Подлетел офицер к царскому кучеру, кричит:

– Русскую царицу может возить только гвардейский офицер!

Дёрнул он кучера. Скинул с кучерского сиденья. Сам мигом взлетел на козлы. Схватил поводья:

– Но!

Тронулись лошади.

– Но-о!

Ускорили лошади шаг.

– Но-о-о!!! – Поднял офицер кнут, опустил на лошадиные спины.

Рванули лошади. Помчали по улицам Петербурга…»