Великая княгиня

Рождение романа

Предисловие

В юбилейной статье к 80-летию известного русского писателя, одного из последних представителей русской классической литературы, Юрия Николаевича Сбитнева, автора более двадцати прозаических и поэтических книг, в том числе знаменитой тетралогии «Авлакан» и романа-дилогии «Великий князь», «Литературная газета» в номере от 5 октября 2011 года писала: «Нам ещё предстоит осознать, что это за явление такое – Юрий Сбитнев». Многолетнее общение с ним убеждает меня, что Природа наделила его особым даром постижения, казалось бы, непостижимого, и его проникновение в тайны самого загадочного произведения литературы Древней Руси «Слова о полку Игореве» подтверждением тому – поражает воображение! В одиночку он раскрыл все «тёмные» места и даже установил имя Автора, над чем два с лишним века безрезультатно бились целые институты исследователей. О его открытиях много писалось в разных изданиях.

А сейчас я хочу познакомить читателя с тем, как писатель работал над этой книгой. Его письма ко мне дают возможность проследить весь путь – от замысла до завершения.

Алексей Широков

10 марта 2010. Талеж (Московская область)

…Наконец я закончил книжку «Тайны родного Слова». И ставя даты работы над ней и перечисляя те малые места, где мне много думалось и писалось о нашем великом «Слове о полку Игореве», откровенно сказать, содрогнулся душою: прикоснулся я к этой тайне в 1946 году, а вот нынче, в 2010-м, поставил многоточие. Устал безмерно. Потому что всё написанное в этой книжечке – сжатый до предела конспект будущего романа «Великая княгиня». Всколыхнулось всё во мне, и опять я окунулся в ХII, Золотой век нашей Руси. А силёнки-то уже не те. Живу единственным: скорее сбежать в Новгород-Северский (здесь росли княгиня Болеслава, близкий родственник её – князь Игорь. Отсюда, кстати, пошёл и род Сбитневых – деды, прадеды, прапрадеды жили тут аж пять столетий, а ещё в Чернигове, Харькове, Житомире, Лебедине. – А.Ш.) и по капельке, не спеша пить далёкую, но живую общую историю трёх наших народов. Ведь такого в истории мира не было, чтобы из в пепел сожжённого корня поднялись, процвели и, главное, продолжают жить в этом Содоме и Гоморре три равновеликих народа.

Ты, Алексей, обронил в своём письме слово о том, что ты неверующий. Такого, дорогой мой, с русским человеком быть не может. Я сейчас не о конфессиях, не о митрополиях, не о епископатах, я о той самой Вере, которая и делает человека человеком. Вот и в «Великой княгине» стоит передо мной сверхзадача: рассказать о ней, истинной, святой, древнерусской. В Слове-то о полку Игореве ни словечка нет ни о византийской, ни о русской православной. А ведь византийская-то уже была! А русскую православную, которой жил народ до крещения Владимировского, всё ещё несли в мир верующие люди. Ты можешь мне возразить, сказав, что есть там и Пирогощая божья Матерь, и страдания за христиан, и даже «аминь» в конце, но это – сразу видно – чужеродное, приписанное, может быть, только для того, чтобы получить «индульгенцию» на право жития среди книг в православных храмах. Не прошла эта уловка. И сгорело наше «Слово» не только в пожарищах ига, но и в кострах неистового ревнителя «чистой» греческой веры Никона. Вот какая, не постижимая пока ещё, задача стоит передо мной. ЮС.

5 апреля 2010. Чернигов.

Алексей! Я уже побывал в Н.-С. и вернулся в Чернигов. 21 мая в Черниговской областной библиотеке им. Короленко – презентация «Тайн родного Слова». А пока готовлю себя к «Великой княгине». Правлю и прописываю четыре черновых главы, а уже проглянула пятая. Дал бы Господь силы и время не только прикоснуться к «Слову», но и прожить в нём вместе с Автором и героями в том весьма не простом, но судьбоносном, поистине Золотом, двенадцатом Русском веке. ЮС.

5 мая 2010. Чернигов.

…Сегодня поставил окончательную точку в первой главе «Великой княгини», и хорошо думается уже о второй. Мечтаю я в первой части написать незамутнённое древнерусское детство своих главных героев, с тем удивительным народным укладом, который прожёг почти тысячелетие и был явлен в моём русском сельском детстве. Хочу написать и небо, и Десну, и коней, и светлую, ещё не обременённую догматом византийского христианства, давно уже единоверную православную Русь. Добрых волхвов хочу написать, добрых и недобрых попов. А главное – детство. Первому говорю тебе о своей этой задумке. По самым точным расчётам, приеду я из Руси в Россию, в Талеж, во второй половине июля. Совершу, а может быть, завершу всякие неприятные дела, которые ждут меня там, и укачу опять сюда, на батьковщину, где мне так необыкновенно и плодотворно пишется. ЮС.

6 сентября 2010. Талеж.