Ведьмы отряда Чёрных лис

Дождь лил который день, застилая серой пеленой дома, статуи и морской горизонт. Изо дня в день острова тонули в сизом тумане, так что кэбмены не желали выходить на службу, опасаясь не заметить в бесцветном мареве ограждения мостов и набережных и отправиться вместе с повозками в вечное плаванье по реке времён.

Приближалась осень – моё любимое время года с тех пор, как закончилась война. Дни становятся короче, залы библиотек пустеют, и нам остаётся только дремать за своими столами и ждать наступления ночи, когда можно будет разойтись по домам. Ночью же можно выпить отвара горных трав и уснуть, не думая ни о чём и не терзая себя воспоминаниями. Да, я люблю осень, и любовь эта становится лишь сильнее год от года. Но любви моей не разделяют мои подруги, которые считают своим долгом раз в неделю собираться вместе в борделе у Марлен и туда же вытаскивать меня.

Все вместе – значит вчетвером. Сама Марлен, Лиара – некогда целительница великой армии света, а ныне такая же лишённая поместья аристократка, как и я. Лиара сохранилась лучше многих из нас. После войны она смогла остановиться. Говорит, что сама. Третья в нашей компании – Дайна. Она как раз завязать не смогла. С каждым годом мы видим, что ей становится хуже, но она никого не желает слушать. В глазах её с самой победы затаилась какая-то намертво вбитая, загнанная в самые тёмные уголки сознания жестокость. Я знаю, что Дайна старается, и именно ей больше всех нас нужны эти встречи, чтобы не утонуть окончательно в мёртвой тишине бессмысленного одиночества. Вплоть до конца весны была ещё Кира, наш командир. В июле её тело нашли в глухой заводи возле порта. В те дни стоял такой же туман, как теперь…

Так что теперь нас осталось четверо. Четыре абсолютно разных женщины – хозяйка борделя, спивающаяся аристократка, учительница музыки – да, Лиара теперь учительница музыки, без иты она не смогла лечить, а до войны успела освоить только игру на фортепиано, – и выжженная итой стражница. Каждую неделю мы собираемся в «Рубиновой пышке», пьём порфорский лагер и травим свои жуткие ведовские байки. Ах да, забыла сказать, что объединяет нас всех: мы четверо – последние выжившие ведьмы отряда «Чёрных лис».

Услугами борделя мы пользуемся нечасто. Бордель стал местом встреч в основном из-за Марлен. Дела у неё идут лучше, чем у любой из нас, и она не любит покидать своё заведение по вечерам. Зато Марлен всегда готова принять старых подруг и напоить их бесплатным пивом, а значит, всё одно к одному, «Рубиновая пышка» – лучшее место для встреч.

Сегодня пятница, а значит, состоится очередная. Туман ватным одеялом накрыл дома, острова и заводи, утопив в сером мареве всю Атоллу от северных рифов до мыса Вестей. Я была бы рада закончить работу с бумагами и отправиться на боковую, но в ярко освещённом зале «Рубиновой пышки» меня уже ждала дружная ведьмовская компания со своими страшными сказками и некрасивыми воспоминаниями. Так что дорога моя лежала туда.

***

Марлен не слишком разборчива. Наверное, у всех нас, прошедших войну, насмерть оторвало представления о морали. Она держит у себя девочек, мальчиков и, кажется, даже что-то среднее. Самые доверенные клиенты могут получить у неё самые острые ощущения. Здесь есть и коренные островитяне, и дикари с континента, и даже запрещённые к продаже и никогда не приезжающие в Атоллу по доброй воле уроженцы острова Фей. Конечно, широк не только выбор, но и спектр услуг. Снизу и сверху, нежно и жёстко, с цепями и с перьями, в воде и в воздухе – Марлен разрешает всё. Достаточно лишь заполнить небольшую анкету, и хозяйка сама подберёт оптимальный персонал. А не найдет у себя – отыщет за пределами борделя и доставит в течение недели. Таковы правила и таков заДайна успеха «Рубиновой пышки». Девиз заведения – «Никто не уйдёт недовольным».

Мы, ведьмы, предпочитаем пожёще. Кто-то говорит об этом честно, кто-то пытается делать вид, что что это осталось далеко в прошлом. Но если честно… Это сидит в каждой из нас. Приходит это вместе с итой, или вместе с войной, но мы слишком привыкли видеть мужчин на коленях у своих ног.

Поэтому я не удивилась, когда, заглянув в приватный кабинет, записанный за нашей доброй компанией, обнаружила на коленях у ног Лиары стройного мальчика, рыжего, как и сама ведьма, и такого же гибкого. Лиара всегда была ласкова. Даже с теми, кто был беспомощен перед ней. Зато в глазах Дайны, наблюдавшей за тем как розовый язычок мальчишки скользит по замшевым сапогам, горела неуёмная жажда. Марлен не было, и я, не здороваясь, присела на один из диванчиков.

– Что празднуем? – спросила я, подхватывая со стола кружку и подставляя её к дубовой бочке. Струя бурой жидкости ударила о стекло и вскипела белой пеной.

– Годовщина, – сообщила Дайна.

– Годовщина чего?

– Семь лет назад мы вытурили армию тьмы на континент, – Дайна наконец отвернулась от парочки и посмотрела на меня, – неужто забыла, Тэйл?