Василий Пятов

Военно-Морское Издательство

Военно-Морского Министерства Союза ССР

Москва — 1952

Редактор 3. И. Голикова

Художник И. И. Старосельский

Технический редактор М. П. Зудина.

Корректор О. М. Назарова.

г. Владимир

Весной 1949 года сотрудники Центрального архива Военно-Морского Флота обнаружили среди бумаг канцелярии морского министерства царской России — в делах морского ученого комитета — ценные документы о судьбе одного крупного изобретения. Из этих документов выяснилось, что в 1859 году в России талантливый металлург Василий Степанович Пятов открыл новый способ изготовления корабельной брони. Обнаруженные документы свидетельствуют о том, что изобретатель был энергичным и талантливым организатором, человеком гуманным, с широким государственным кругозором, глубоко любившим свое отечество. Сейчас точно установлены и многие факты из биографии этого замечательного русского изобретателя.

Василий Степанович Пятов родился в семье уральского рабочего. Дата его рождения установлена приблизительно — 1823 или 1824 год. Мальчиком начал он работать на знаменитом Златоустовском заводе. В те годы заводом руководил крупнейший русский ученый-металлург Павел Петрович Аносов. Можно предположить, что талантливый юноша Пятов прошел здесь свою первую школу металлургического мастерства и заводских опытов.

Жажда знаний привела его в столицу, в центр русской науки и культуры. Приехав в конце тридцатых годов в Петербург, Пятов поступает на обучение к часовому мастеру. Здесь он сразу выделяется своими способностями. Известно, в частности, что сконструированные им тогда часы оказались настолько совершенными, что были приобретены Эрмитажем. Спустя некоторое время Пятова принял в свою лабораторию выдающийся русский ученый академик Борис Семенович Якоби. Молодой человек состоял у него «первым рабочим» при всех опытах. Это была серьезная школа. О годах, проведенных в лаборатории ученого, Пятов писал следующее:

«…Это время было для меня … истинным академическим озарением… Это было то полное счастье мое, которым я вправе гордиться».

В 1855 году Пятов получает должность старшего механика, а вскоре и управляющего Холуницкими железоделательными заводами. На эти годы приходится расцвет его изобретательской деятельности. Среди изобретений и усовершенствований этого времени важнейшее значение имеет новый способ производства брони для военных кораблей. До изобретения Пятова во всех странах, где изготовляли броню, в том числе и в Англии, сварку железных листов производили ковкой под паровым молотом. Пятов предложил сваривать железо для брони путем прокатки. Способ прокатки обеспечивал высокую прочность брони и намного ускорял процесс ее изготовления. Пятов также первым предложил способ термической обработки брони методом цементации.

Эти два изобретения, появившиеся в пору возникновения броненосного судостроения, могли принести огромную пользу русскому флоту. Но из-за преступного равнодушия и прямого предательства со стороны царских чиновников и подлой деятельности иностранных агентов важное и нужное для страны изобретение Пятова на флот не попало — его украли англичане.

Только теперь, почти через сто лет, удалось установить имя истинного творца этого выдающегося изобретения и восстановить русское первенство в открытии способа производства брони прокаткой.

Выйдя из подъезда на двор главного адмиралтейства, мичман Сокольский увидел ожидавшую его коляску. Он собрался было окликнуть дремавшего на козлах кучера, но передумал и, запахнув шинель, направился через двор к арке, ведущей на набережную. Под ногами хлюпал перемешанный с грязью снег, моросил мелкий дождь, невидимый сквозь спустившийся на город туман. «Конечно, — думал Сокольский, — офицеру для особых поручений при генерал-адмирале приличнее было бы отправиться с таким важным пакетом в коляске. Но ведь это же совсем рядом, на Васильевском острове; и потом так приятно после толчеи и духоты адмиралтейской канцелярии подышать свежим воздухом».

Сокольский вышел на набережную и повернул в сторону Николаевского моста. Резкий ветер ударил ему в лицо, он с наслаждением втянул в себя холодный, сырой воздух. Хорошо!

Прошло больше года, как Сокольский расстался с товарищами по морскому кадетскому корпусу. Время тогда было тревожное — надвигалась война, и в гардемаринской роте все разговоры велись вокруг назначений. Настроение царило приподнятое, будущие офицеры мечтали о боевых подвигах и рвались на флот. Мечтал о боевой службе и обязательно в Черноморском флоте и Сокольский. Однако за несколько дней до выпуска он неожиданно для себя узнал, что откомандировывается в свиту его высочества генерал-адмирала в качестве офицера для особых поручений.

Товарищи поздравляли Сокольского, но в словах многих нетрудно было уловить сочувствие: как-никак, а в такое грозное время истинный моряк должен быть на боевом корабле.