Ваше Сиятельство 7

Слишком поздно Элиз поняла, что серый, страшноватый видом эрмимобиль марки «Fast Horse», может дожидаться тех неприятных мужчин, стоявших у гостевой стойки. Причин к такой догадке было две. Во-первых, у машины пыхтел и посвистывал электрогенератор, часто сбрасывая лишнее давление пара, это говорило о том, что человек за рулем кого-то ждет и намерен тронуться без задержки. А кого он ждет, если в холле отеля сейчас только Аманда и те двое? И, во-вторых, внешность человека за рулем «Fast Horse» была кое-чем схоже с теми неприятными мужчинами, что обратили внимание Элиз. Баронесса определила для себя так: «Одна банда!». И, пожалуй, миссис Барнс была права.

– А чего ж не подвезти, запрыгивайте, мэм, – широко улыбаясь, ответил на вопрос Элиз человек за рулем.

– Нет, спасибо. Я передумала, – миссис Барнс попятилась. Мысль, недавно пришедшая ей на ум, тут же получила пугающее развитие: ведь эти подозрительные мужчины у гостевой стойки дожидались хозяйку отеля, которая пошла к ней. Очень похоже, что они дожидались не только Маргарет Берч, но и саму Элиз. Вероятно, по их замыслу она должна была спуститься с хозяйкой отеля. Они что-то замышляли. Даже понятно что: Маргарет знает, что ее гостья на самом деле Элизабет Барнс, и думает, что при ней должны быть очень ценные вещи из коллекции виконта Уоллеса. Это объясняет, почему хозяйка отеля вела себя так странно.

– Куда вы, мэм? – рассмеялся человек в эрмимобиле, приоткрыв дверь.

Баронесса поспешила прочь от машины и увидела в широкое окно «Sea Lights», как мужчина, тот, что в клетчатом сюртуке, направляется к выходу. Тогда Элизабет побежала. Побежала изо все сил по улице, на которую опускался туман и сгущались сумерки. Парик сползал с головы, и баронессе пришлось сорвать его вместе со шляпкой, на бегу бросить в пакет. Пробежав до поворота к полутемному переулку, миссис Барнс замедлила шаг и обернулась. К ее ужасу, один из тех мужчин бежал за ней. Второй тоже выскочил из дверей отеля.

Первой мыслью было броситься в сторону лавки апотекария и дальше к кафетерию. Там было людно, уже зажглись фонари и подсветка на рекламных щитах. Бежать туда, надеяться, что они не рискнут напасть на нее в людном месте. А если они посмеют там ее схватить, то закричать, призвать на помощь. Но Элиз отвергла эту мысль: там наверняка она попадет в руки полицейских, тем более если поднимет шум. Ведь у начала площади днем дежурили два констебля. Скорее всего, стражи порядка стояли и сейчас.

Тогда миссис Барнс побежала в темный переулок, в надежде затеряться там, в лабиринте дворов и узких проходов между ними. Тяжело дыша, изнемогая от быстрого бега, свернула в первую же подворотню. Остановилась, придерживая лямку сумки и оглядывая темный двор – его дальний край уже утонул в густеющих языках тумана. Направилась дальше, в надежде, что там есть какой-то проход. Увы, прохода не было – разрыв между домами заканчивался высокой кирпичной стеной, которую ей не перелезть при всем старании. Стучать в двери любого из домов и просить помощи или спрятать ее было слишком рискованно. Двери могут не открыть или не впустить в дом, а мерзавцы, гнавшиеся за ней, скорее всего были где-то рядом. Они могли услышать шум и сразу прибежать сюда.

Элизабет пробралась через кусты, примыкавшие к глухой стене старого двухэтажного дома, и решила затаиться там, за штабелем кирпичей. «Алекс! Демон мой, помоги!» – взмолилась она, отчаянно думая, что как ей выкрутиться. На какой-то миг баронессе показалось, что она видит в тумане полупрозрачную фигуру Алекса и следом пришла мысль: забраться на штабель кирпичей. Забраться повыше, там спрятаться между стеной и толстым стволом дерева, ветви которого свисали почти до верхнего ряда кирпичей. Возможно, эта идея была не очень хорошей, ведь ее скорее заметили бы здесь, чем за кустами. Но раз так подсказывал ее демон, то Элизабет так и сделала – ведь он ни раз помогал ей. Забравшись наверх, миссис Барнс подумала, что, если ее все-таки найдут, единственным ее оружием будет флакон «Hand of Saint». Она даже не представляла, как его можно применить против двух крепких мужчин. Разве что, если они ее не убьют сразу, а отволокут в тот серый эрмик, то она сможет разлить «Hand of Saint» в салоне. Разлить, а самой стараться первую минуту не дышать. Тогда будет шанс, что они все потеряют сознание, а она сможет как-то выбраться. Конечно, эта мысль не слишком умна, но ничего лучше в голову не приходило.

Элизабет достала флакон и положила его в карман куртки. Поставила пакет и сумку ближе к стене дома и замерла: во двор вошли двое… Скорее всего это были те самые мужчины, преследовавшие ее. Точно они! Шедший впереди, тот, что в клетчатом сюртуке, подсвечивал ручным фонарем – его желтый луч пробивался сквозь туман ярдов на семь-восемь. Они дошли до середины двора, огляделись. Тот, что с фонарем грубо сказал:

– Вряд ли здесь. Дальше, сука, побежала.