Ваш список полон, Дон-Жуан (СИ)

   Вы пришли ко мне,

   Ваш список -

   полон, Дон-Жуан...

   Цветаева

  Сначала я полушутя нарек его 'стайером', но по низкой постановке корпуса он скорее походил на спринтера - падающее вперед тело, согнутые в локтях руки и коленях ноги.

  Не важно - спринтер, стайер.

  Бегун.

  Жизнь представлялась ему некоей беговой дистанцией с препятствиями, лучше без. Стремительными спринтерскими рывками он добивался очередной победы на промежуточных финишах: в спорте, карьере, финансах, у женщин, что не помешало саму жизнь определить для себя долгой марафонской дистанцией с далеким не очевидным финишем...

  Баловень судьбы, так называли бегуна друзья и недруги, завидуя легкости, с какой он перемещался по жизни.

  Увы, все до поры. Провидение сделало кульбит и удача - эта изменщица, эта гулящая девка обернулась к нему своим необъятным задом...

  И теперь он, как и я, бегал по утрам на зарядку.

  Жил в доме напротив. Как-то так получалось, что на зарядку мы нередко выходили в одно и то же время. Трусцой по аллеям парка я делал небольшой круг и завершал пробежку у тренажеров. Он устремлялся прямо к ним.

  Тренажеры представляли собой установленные по кольцу диаметром метров двадцати сварные металлические подвижные конструкции. И зимой, и летом я 'уродовался' на них, поскольку с некоторых пор исповедую здоровый образ жизни, и намереваюсь, если не умереть здоровеньким, то хотя бы на завершающем жизненный путь ложе, любезно предоставленном дамой с косой, выглядеть на зависть остающимся.

  Тренажеры находились в полутораста метрах от подъезда бегуна. Пока он бежал к ним, добрая их половина была мной уже пройдена. Причиной тому являлась особенность его бега, похожего на видео с замедленной съемкой. Он становился в низкую стойку, опираясь на инвалидную трость, и... падал вперед. Дабы не упасть вовсе выбрасывал вперед трость и, удерживая себя на ней, пододвигал сначала одну ногу, затем другую, принимая позицию для следующего шага...

  Достигнув, наконец, цели, прислонял трость к выбранному им тренажеру и вскарабкивался на него.

  Для спортивных занятий он выбирал наименее сложные приспособления, но и такое казалось излишне смелым с его стороны. Выполняя собственные физические экзерсисы, я исподтишка поглядывал на него (подглядывал) и, видя, какого труда все это стоило, сопереживал ему, впадал в эмпатию...

  Заканчивали занятия мы примерно в одно время.

  Когда, спустя полчаса, я выходил из дому на работу, он уже подбегал к своему подъезду, возвращаясь с зарядки.

  Случалось, спринтер прогуливал занятия. В такие дни мне чего-то недоставало. А однажды, уже не надеясь его застать, вдруг увидел приближавшуюся инвалидную коляску, на которой восседал наш герой. Катила ее невысокая молодая женщина. 'Выгрузила' спортсмена у тренажеров и пристроилась на скамейке в ожидании. Когда ее подопечный завершил комплекс гимнастических упражнений, усадила на коляску и вывезла на асфальтовую дорожку сквера, как выяснилось, к старту беговой дистанции. Он сполз с коляски и с инвалидной палочкой наперевес принял угрожающую позу. Толкая перед собой пустую коляску, женщина неторопливо двинулась вперед. Спринтер "рванул" за ней. Она удерживала дистанцию, он добегал ее. Уморившись, замычал, умоляя остановиться. Она делала вид, что не слышит. И когда бедняга готов был уже рухнуть от усталости, женщина сжалилась над ним и, погрузив на коляску, укатила восвояси...

  Прошла весна. Летом бегун все чаще пропускал занятия, видимо, пропадал на даче. Состояние его заметно улучшилось, он стал увереннее передвигаться, освоил дополнительные тренажеры, мычание обратилось в невнятную речь.

  Однажды, упражняясь недалеко от спринтера, я заметил, что тот обронил инвалидную трость, она откатилась в сторону. Я подал, он поблагодарил, затем задал неожиданный вопрос:

  - Вас, небось, забавляют мои уродствования?

  Я замахал руками - мол, от тюрьмы и от сумы... Заверил, что отдаю должное его упорству, сам бы давно уже 'сдулся'.

  - А вот скажите, глядя на меня нынешнего, могли бы вы предположить, что в прошлом я - чемпион страны по акробатике?

  Отрицательно мотнул головой. Мне с трудом удавалось собирать в слова невнятные звуки, исходящие из него, еще труднее формировать из них предложения.

  - Чтобы заработать первую золотую медаль, - продолжил он, - мне потребовалось всего четыре года тренировок.

  Время моей утренней гимнастики истекало, пора было на работу, но перед глазами маячил заманчивый сюжет. Грех было не воспользоваться. Бывшему же чемпиону не терпелось излить душу, похоже, в последнее время мало кто предоставлял ему такую возможность.

  Далее следует отредактированная автором исповедь бегуна, собранная в течение нескольких месяцев по кускам из отдельных его рассказов...

  - Спорт все-таки бросил. Спросите почему? Надоело побеждать, не получая в ответ ничего, кроме удовлетворенных амбиций. А тут случилась оказия. Пригласила меня как-то моя зазноба в цирк. Если бы знала, во что обернется, зареклась бы.