Ваш ход, мистер убийца

За несколько месяцев мне довелось побывать на трех свадьбах и одних похоронах. К концу мая — после второй свадьбы, но еще до похорон — я решила, что этот год, пожалуй, может претендовать на звание самого скверного года моей жизни.

Вторая свадьба, по общему мнению, удалась на славу. Правда, мне приходилось все время растягивать губы в счастливой улыбке, и на следующий день мои лицевые мускулы ощутимо ныли. Как выяснилось, быть дочерью невесты — весьма сложная и утомительная роль.

Церемония венчания свершилась в гостиной маминого дома, украшенной с подобающей случаю пышностью. На редкость красивый епископальный священник произнес все необходимые слова, и Аида Браттл Тигарден, моя обожаемая родительница, стала миссис Джон Квинслэнд.

Надо признать, выдавая мать замуж, испытываешь довольно странное чувство. Правда, мне не привыкать к брачным церемониям родителей. Мой отец давно уже женат во второй раз, в прошлом году он с женой и сыном, моим сводным братцем Филиппом, переехал в Калифорнию. Мама, в отличие от него, не собиралась переезжать в другой город. Но теперь, когда она вновь стала замужней дамой, у нее, разумеется, изменятся приоритеты.

А я, вероятно, вздохну свободнее.

Сыновья Джона Квинслэнда и их супруги тоже сияли улыбками. Одна из этих супруг была беременна, так что маме в самом скором времени предстояло стать бабушкой. Что касается меня, я была просто неотразима. Беседуя со священником Обри Скоттом, только недавно получившим назначение в Лоренсетон, я выдала целый залп цветистых фраз. Перед сотрудниками маминого агентства по продаже недвижимости я буквально рассыпалась в любезностях. Завидев среди гостей свою лучшую подругу Амину Дэй, я приветствовала ее ослепительной улыбкой. Но Амина, сжав мой локоть, посоветовала мне расслабиться.

— Вовсе не обязательно улыбаться в режиме «нон-стоп», — прошептала она мне на ухо. — Отдохни немного.

При этом взгляд Амины, устремленный в центр комнаты, где как раз проходила церемония разрезания свадебного торта, выражал величайшую заинтересованность этим событием. Я последовала совету подруги и позволила своим губам немного отдохнуть, мысленно возблагодарив судьбу за то, что Амина нашла возможность взять отпуск на несколько дней и приехать из Хьюстона, где работала секретарем в юридической фирме. Правда, позднее, во время ужина, Амина призналась, что свадьба моей матери — не единственная причина ее приезда в Лоренсетон.

— Представь себе, я тоже собираюсь замуж, — сообщила она, когда мы наконец сумели уединиться в уголке гостиной. — Вчера вечером рассказала об этом маме и папе.

— И… кто же он, твой избранник? — потрясенно выдохнула я.

— Похоже, во время телефонных разговоров ты пропускала все мои слова мимо ушей, — укоряюще покачала головой Амина.

Честно говоря, я действительно была не слишком внимательна, когда Амина рассказывала о своих бесчисленных поклонниках. У нее их столько, что запомнить всех — невыполнимая задача. С тех пор как подруге исполнилось четырнадцать, кавалеры у нее не переводились. На свидания она не ходила лишь во время короткого замужества, которое через год закончилось разводом.

— Погоди, погоди, дай припомнить… — виновато забормотала я. — Он работает менеджером в универмаге, верно?

Я поставила на столик стакан и взглянула на Амину снизу вверх. Моя подруга может похвастаться прекрасным ростом — пять футов пять дюймов. Увы, мой собственный рост составляет какие-то жалкие пять футов.

— Нет, Ро, не угадала, — усмехнулась Амина. — Мой жених — адвокат. Его контора расположена на том же этаже, что и та, где я работаю. Его зовут Хью Прайс, — добавила она, сияя от гордости.

Торопясь исправить свою оплошность, я обрушила на ее голову град вопросов, которые полагается задавать в таких случаях. Долго ли они встречались, как он сделал предложение, как его мать относится к будущей невестке, и все такое прочее. Амина сообщила, что свадьба состоится в Лоренсетоне через несколько месяцев. Я была счастлива услышать, что на этот раз моя подруга собирается неукоснительно следовать традициям. В первый раз Амина вышла замуж втихомолку, свидетелями более чем скромной церемонии были лишь лучший друг жениха — чрезвычайно отталкивающий тип — и лучшая подруга невесты, то есть я.

Теперь мне вновь предстояло стать подружкой невесты. Амина была не единственной новобрачной, на свадьбе которой я выполняла эту почетную обязанность. Но во второй раз становиться подружкой одной и той же невесты мне до сих пор не приходилось. Интересно, сколько еще раз мне придется сыграть эту роль для Амины? Боюсь, на ее последней свадьбе я буду брести к алтарю, опираясь на палку и тряся от старости головой.