Варвара. Путь Адмирала. Часть третья "Святая Мария" (СИ)

Annotation

Выложена частично

Гордон-Off Юлия

ВАРВАРА. ПУТЬ АДМИРАЛА.

Часть третья. "Святая Мария"

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64

Глава 65

Гордон-Off Юлия

Варвара. Путь Адмирала. Часть третья "Святая Мария"

ВАРВАРА. ПУТЬ АДМИРАЛА.

Часть третья. "Святая Мария"

Пролог.

   В ответ на начавшееся в газетах обсуждение явленного в Артуре "чуда" и появившиеся разные версии, от хвалебных до похабных, в "Русском слове" Немирович-Данченко разразился статьёй о Машеньке, поместив перед статьёй дагерротип с портрета кисти Верещагина. Но написал не о чуде или каких-то доказательствах или опровержениях, он умудрился ни разу не упомянуть меня, за что я была ему заочно признательна, а Машенька обиделась, едва удалось её порывистую и горящую праведным возмущением удержать от немедленного желания отбить автору возмущённую такой несправедливостью телеграмму. А написал о том, что сделала уже Машенька своими невеликими силами и не такими уж великими деньгами нашего фонда, что она с первого дня войны трудится в Артурском госпитале простой сестрой милосердия, и привёл несколько десятков отзывов её пациентов и благодарных родственников, которые по просьбе старшего товарища собрал в Артуре Павел Николаевич Некрасов. Автор не ставил вопросов: "Имеет ли право настоятель Артурского храма без согласования с епархией устраивать целую серию благодарственных молебнов во славу Пресвятой Девы?!" (Кстати, молодец батюшка, ведь служит молебны в честь Богородицы! А все домыслы и слухи, так, а он то к ним каким образом? Ведь не он же в проповедях их распускает!) "Светилась ли действительно Машенька в тот злополучный вечер?!" "Действительно ли она исцеляет наложением рук?" И прочее, и прочее... Но, парадокс в том, что сама структура поданного материала, абсолютное игнорирование скандальной канвы, подбор благодарностей, факты и портрет удивительной силы кисти Верещагина, просто не оставили смысла в вопросе о Машенькиной святости, это получилось само собой разумеющимся. Так, что, не сказав ни слова о "Явлении" и "Святости", Василий Иванович взорвал социальную бомбу, по крайней мере, здесь на Дальнем Востоке, ведь в сознании каждого солдата или матроса, в сознании каждого русского человека сложилось: "...Японские и английские злодеи покусились на воплощение НАШЕЙ БОГОРОДИЦЫ!" (Вполне допускаю, что хорунжий Некрасов сознательно допустил утечку информации о двух переодетых китайцами, не надо даже говорить кто это, и одном рыжем, оказавшимся англичанином-подшкипером датского трампа, накануне пришедшего в Артур по фрахту военного ведомства, и паре местных воришек.) Если и есть что-либо святое и неприкосновенное для православного человека, это Богородица, и не важно вобрала ли она в себя всю силу культа древнеславянской Мокоши или Параскевы-Пятницы-бабьей-заступницы, важно, что трогать это никому не рекомендуется и прощать такое никто не станет.

  Думаю, что придумавший эту акцию с целью, хоть через жену достать так насолившего японскому флоту "Белого демона", уже проклял себя и всех исполнителей. Так, что буквально через два дня, вместо почти постоянных атак наших укреплений на реке Ялу японскими войсками, наши солдаты под командованием генералов Засулича и Мищенко обрушились на японцев. И, не смотря на численное превосходство последних, в нескольких местах прорвали фронт, погнали японцев и гнали до самых предгорий в долине с городом Анджу. Японские войска сумели оседлать горные проходы и встать в глухую оборону на горном хребте, противоположные склоны которого сбегают к Пхеньяну и гавани Цинампо. Непривычно для русской армии, не предлагали капитуляцию окружённым частям, а старались их максимально уничтожить, и, тем не менее, в плену оказалось более двух тысяч японских солдат и офицеров.

  Позже, когда возник вопрос, а что, собственно говоря, с этой толпой дармоедов делать, их под конвоем частей дивизии охраны железной дороги и кавалерийской дивизии из формируемого корпуса генерала Штакельберга, пешком и по железной дороге привезли в Талиенван и Дальний, где двумя пароходами постепенно перевезли на остров Сан-Шан-Тау в устье Талиенванского залива, где оставили снабдив продовольствием на первое время. Туда же позже перевезли всех пленных моряков, скопившихся в порту Артура. Но не стоит считать, что это поражение кардинально изменило расклад на театре, всё ещё сохранялся двукратный численный и материальный перевес на стороне войск генералов Куроки и Оку, как нельзя отказывать японской армии в высоком моральном духе и выучке воспитанной приглашёнными ещё до войны германскими офицерами и фельдфебелями. Не мЕньший подъём и желание наказать японцев воцарился и на всей Артурской эскадре...