Как выйти замуж за вампира-миллионера

Роман Драганешти насторожился — кто-то бесшумно прошмыгнул в его кабинет. Кто это, враг? Возможно. А может, кто-то из близких друзей. Да, скорее всего друг, решил Роман. Врагу вряд ли удалось бы проскользнуть незаметно мимо охранников, дежуривших у каждого входа в его манхэттенский особняк в Верхнем Ист-Сайде.

Роман подозревал, что благодаря острому ночному зрению ориентируется в темноте куда лучше, чем его ночной гость. Вскоре его подозрения подтвердились — темная фигура с размаху налетела на резной комод в стиле Людовика XVI, послышалось разъяренное шипение и негромкое ругательство.

Грегори Холстейн. Друг… правда, надоедливый, как осенняя муха. Вице-президент, отвечающий в «Роматек индастриз» за маркетинг, с таким энтузиазмом брался решать любую возникающую проблему, что в его присутствии Роман иной раз чувствовал себя стариком. Дряхлым стариком.

— Что тебе тут понадобилось, Грегори?

Незваный гость вздрогнул и обернулся.

— Что ты тут делаешь? И почему не включил свет?

— Хм. Глупый вопрос. Просто захотелось немного побыть одному. И в темноте. Попробуй сам — тебе понравится. К тому же тебе полезно потренировать ночное зрение.

— Кому это нужно — учитывая, что весь город по ночам сияет огнями? — Послышался шорох. Грегори ощупью шарил по стене в поисках выключателя. Раздался негромкий щелчок, и комнату залил мягкий золотистый свет. — Вот так-то лучше.

Роман, откинувшись на спинку мягкого кожаного кресла, поднес к губам бокал, сделал небольшой глоток и скривился, почувствовав, как едкая жидкость обожгла горло. Жуткое пойло!

— Полагаю, для столь позднего визита имеется серьезная причина? — Он поднял брови.

— Конечно. Ты сегодня ушел пораньше, а мы собирались показать тебе кое-что интересное. Уверен, тебе понравится.

Роман поставил бокал на край стола из массивного красного дерева.

— Это так срочно?

Грегори возмущенно фыркнул.

— Мог бы хотя бы притвориться, что тебе интересно! Между прочим, мы в своей лаборатории сделали потрясающее открытие! — Тут он заметил недопитый бокал. — Я, кстати, тоже не прочь отпраздновать! Что ты пьешь?

— Тебе не понравится.

Грегори направился к бару.

— Почему? По-твоему, у меня недостаточно изысканный вкус? — Схватив графин, он налил в высокий хрустальный бокал несколько капель и принялся разглядывать напиток на свет. — Цвет хорош!

— Послушай моего совета и возьми из холодильника другую бутылку.

— Ха! Если ты это пьешь, почему я не могу? — Грегори, плеснув себе щедрую порцию, победоносно подмигнул и лихо опрокинул в горло содержимое бокала. Внезапно в горле у него заклокотало. Всегда бледное лицо Грегори стало стремительно багроветь, глаза полезли на лоб. Издав какой-то придушенный звук, похожий на сиплый рык, Грегори закашлялся, брызгая слюной и изрыгая проклятия. Задыхаясь и хватая воздух ртом, он ухватился за крышку бара. Из глаз его горохом катились слезы.

Да уж, пойло и впрямь жуткое, злорадно хмыкнул про себя Роман.

— Ну, как — отдышался?

Грегори со свистом втянул воздух.

— Что это было?!

— Чесночный сок, — любезно сообщил Роман. — Десятипроцентный.

— Какого дьявола?! — Грегори выпрямился. — Да ты никак спятил! Решил отравиться?!

— Нет — всего лишь хотел проверить, правду ли говорят древние легенды. — Губы Романа чуть заметно дрогнули в улыбке. — Вероятно, некоторые из нас менее чувствительны к таким вещам, чем другие.

— Нет — просто некоторым, черт возьми, очень нравится рисковать жизнью!

Тень улыбки, мелькнувшая на губах Романа, исчезла, словно ее стерли тряпкой.

— Я бы согласился с тобой, если бы не знал, что мы уже мертвы.

Разъяренный Грегори подскочил к нему.

— Да, да! «О горе мне, моя душа навеки проклята!» — с завыванием пробормотал он. — Надеюсь, ты не собираешься снова затянуть ту же самую песню?

— Имей же мужество взглянуть в лицо правде, Грегори. Мы живем веками только потому, что отнимаем жизнь у других. Такие, как мы, — плевок в лицо Господу.

— Не вздумай пить эту пакость! — Вырвав из рук Романа бокал, Грегори отставил его подальше. — Опомнись и послушай меня. Ни один вампир на свете не сделал больше, чем ты, чтобы защитить людей и усмирить жажду наших сородичей.

— Ну да… и теперь мы с тобой — парочка самых добропорядочных и законопослушных дьявольских созданий на земле, верно? Браво, Грегори! Беги за священником. Я уже созрел, чтобы быть причисленным к лику святых.

Злость Грегори мгновенно утихла.

— Так это правда? — с любопытством спросил он. — Мне говорили, ты когда-то был монахом?

— Я предпочитаю не вспоминать о прошлом.

— Неужели? А по-моему, это неправда.

Роман стиснул кулаки. Свое прошлое он не собирался обсуждать — ни с кем, в том числе и с Грегори.

— Насколько я помню, ты что-то говорил о каком-то открытии?

— Ах да! — спохватился Грегори. — Конечно. Ш-ш-ш… тише! Я попросил Ласло подождать за дверью. Хотел, если можно так выразиться, подготовить почву.

Роман, сделав глубокий вдох, разжал кулаки.

— Тогда, может, перейдешь к делу? В конце концов, время уже позднее.