Вакцинка

Повесть опубликована в ЖЖ автора в июле 2021 г.

В полдень, в зале почти совсем пустого ресторана, за небольшим столиком у окна, обедали два господина неопределённых лет. Один был худ, желтоват, желчен, с постоянно играющими желваками, а другой был кругленьким и жовиальным и кушал с большим аппетитом.

Время от время к столику бесшумно, словно на кошачьих лапах, подходил рослый детина в зелёном, до полу, фартуке, так же бесшумно убирал тарелки, расставлял новые и немедленно убирался сам, не произнося ни слова.

— Хорошая тут кухня! — с удовольствием сказал кругленький, временно насытившись.

— Так и цены хорошие, — отвечал желчный.

Кругленький пожал плечами.

— Ты пригласил, ты и плати, — сказал он.

— Да я не отказываюсь, — ответил желчный.

Кругленький промокнул губы крахмальной салфеткой и сказал:

— Ну и? Зачем позвал?

— Да, просто… посоветоваться… тоска такая.

— Тоска? Сходи к психотерапевту. Я не знаю, что такое тоска.

— Счастливый. А почему? Жена от тебя ушла, сын обокрал, работаешь на дядю.

— Это дядя думает, что я на него работаю, а на самом деле на меня работает он.

— Это как?

— Так я заказываю те препараты и ту аппаратуру, которая нужна мне, а не ему. Он что — разбирается в науке? И, как миленький, всё оплачивает, всё поставляет. Вернее, всё оплачиваете вы, болваны-налогоплательщики.

— Странно, я ведь тоже работаю на государство, но мне и коробки скрепок просто так, без расспросов, не выдадут.

— Потому что ты, Боря, менеджер поганый, хотя и высокооплачиваемый — простая одноразовая машинка для перенаправления, со счёта на счёт, чужих капиталов. И ты, при всём твоём состоянии, ещё больше лакей, чем вон тот парень в зелёном фартуке — кругленький кивнул на официанта, покорно ожидавшего в конце зала. — Впрочем, он гораздо свободнее тебя: он отбегает смену и бежит к своей девчонке. А тебе куда бежать? Денно и нощно, небось, думаешь, что тебя за жопу схватят.

Кругленький с удовольствием расхохотался.

— Есть такое дело, — кивнул желчный. — Вот ничего такого, казалось бы, не сделал, а боюсь. Уже и желудок ни к чёрту, и сердце.

— Этого и следовало ожидать. От меня-то ты чего хочешь?

— Помоги, брат, подскажи…

— Эка! Брата он вспомнил… Тебе брат в своё время говорил: «Учись, Боря, учись». А ты мне что отвечал? Что от знаний теперь нет никакой выгоды и что главное — деньги. Ну вот и жуй их теперь себе вместе с этими крабами. — Кругленький кивнул на тарелку, где несчастный обитатель морей поднимал к потолку свои клешни, словно моля о пощаде.

— Ладно, Олег, дело прошлое. Но, в общем, мне надо что-нибудь придумать, что-то кардинально изменить. У меня большие возможности, но только я не знаю, к чему их применить.

— Примени их к людям, — сказал кругленький.

— Это как? Благотворительностью, что ли, заняться?

— Ещё чего! Эти скоты её не заслуживают.

— А тогда как?

— Вот смотри. — Кругленький положил салфетку и откинулся на стуле. — Люди, в отличие от вашей поганой нефти, — неиссякаемый ресурс для получения прибыли. Почему? — Потому что нефть — неживая, а люди — живые.

— Тоже мне открытие.

— Не перебивай. А что вытекает из того, что они живые? — То, что они всё время боятся. Чего? Заболеть неизлечимой болезнью, вроде рака, который может напасть на каждого — хоть на самого молодого и самого богатого. Следовательно, самые большие и самые стабильные деньги можно сделать на невротизации населения. Страх должен постоянно их всех — молодых и старых, богатых и бедных — держать, так сказать, за жопу. Мы станем им и палачами, и спасителями, когда захотим, и исключительно по нашей воле. Следовательно, мы станем их единственными реальными господами. Мы, а не президенты и олигархи, которые будут самыми трусливыми нашими рабами. Понимаешь, Боря?

— Не очень.

— Ну ты же хотел изменить свою жизнь, чтобы ничего не бояться?

— Хотел.

— Ну так и давай тогда объединим наши усилия: моя голова и твой административный ресурс будут нашим совместным капиталом.

— Это как?

— Да так, что за государственные деньги, за деньги вас, болванов-налогоплательщиков, я создал такую коллекцию вирусов…

— Молодец, ну и что?

— Так вот эти голубчики и станут нашими нукерами: с их помощью мы покорим себе всех.

— А смысл?

— Смысл в том, что тогда ты уже не будешь работать на дядю, а сам станешь, так сказать, верховным дядей.

— А ты?

— А я будут развлекаться. Моя стихия — эксперимент, а это будет эксперимент глобального, так сказать, масштаба… Ну ладно, мне пора в лабораторию, мой обеденный перерыв заканчивается. А ты пока думай, привыкай к самой идее. В выходные встретимся, обговорим детали. Ну, пока.

Кругленький встал и направился к выходу.

Прошло полгода, и СМИ заговорили об усложнении эпидемиологической ситуации — сначала кратко и глухо, потом — всё чаще и громче и, наконец, с истерическим надрывом.