В шаге от края

1. На мели

Она представилась мне как Лана Лакишис, но вполне вероятно, что это не настоящее её имя. При её роде занятий не исключено, что это было не первое и не последнее её имя.

Ей понравилось, что наши имена начинаются на одну и ту же букву: Лана и Лида. Год назад, когда меня уволили с очередной работы и из-под моих ног опять уплыла почва, её появление было для меня настоящим спасением. Когда у вас в кармане осталось триста рублей, но при этом ваша задолженность за коммунальные услуги превышает эту сумму не менее чем в двадцать раз, это уже весьма напряжённая ситуация. Если при этом перспективы заработать в ближайшее время весьма расплывчаты, а сосед больше не одалживает до получки, поскольку у вас есть проблемы с возвращением долгов, какой же прикажете искать выход? Занять денег у бабушки? Но бабушка отошла в лучший мир полтора года назад. Унизиться перед родителями? Тоже невозможно: они разошлись двенадцать лет назад, отец женился и пропал, а матушку четыре года назад свела в могилу болезнь. Вот в таком весёлом положении я находилась год тому назад. Хотя мне было уже не впервой находиться в таких положениях — за последние три года в моей трудовой книжке появилось восемь записей — приходилось признать, что такой тяжёлой ситуации в моей жизни ещё не было. При всём моём богатом опыте прозябания, на такую суровую мель мне ещё не доводилось садиться.

Я шагала по улице, пряча от осеннего холода в карманах куртки свои нерадивые руки, и последние триста рублей уютно пригрелись в недрах моей худосочной сумочки. Путь мой лежал в центр занятости: нужно было искать новую работу. Осеннее солнце светило хотя и ярко, но уже не грело, а под моими ботинками шуршали опавшие листья. Хотя я шагала налегке, на плечи мне вдруг обрушилась невидимая тяжесть и принудила меня присесть на скамейку в симпатичном скверике. По своей природе унынию я не подвержена, но в тот момент мне вдруг стало очень и очень не по себе. Присев, я достала из сумочки пачку сигарет. Там оставалось всего пять штук, и это обстоятельство меня почему-то несказанно порадовало: я-то думала, что она уже пустая, а тут целых пять штук! Значит, если есть в кармане пачка сигарет, как поётся в одной песне — не помню, кто её поёт — всё не так уж плохо на сегодняшний день.

Закурив, я почувствовала, что тяжесть постепенно уходила. В аккуратном, ухоженном сквере было уютно и красиво. Жёлтый клён ронял листья. Где-то за моей спиной шуршали шинами об асфальт машины. Провожая взглядом спешащих по своим делам прохожих, я с лёгкой грустью и еле ощутимой досадой думала о том, что мне спешить некуда, и мне стало даже немного стыдно. Впрочем, кому какое дело? Сижу, курю.

Выкурив две сигареты, я встала и с сожалением покинула уютный сквер. Мой путь к поиску новой работы продолжился было, но внезапно возникло новое препятствие в виде настойчивого чувства голода. Я зашла в кафе. Пять блинчиков с клубничным джемом, пирожное и чашка кофе избавили меня от голода и от одной из трёх сотен, покоившихся в кошельке на дне моей сумочки.

Когда я голодна, мне плохо. Я нервничаю. В голову лезут дурацкие мысли вроде "а не сигануть ли мне с моста вниз головой?" Избавившись на время от чувства голода, я успокоила не только желудок, но и восстановила равновесие духа, и мне стало лучше. Мир вокруг меня показался не таким уж плохим, и я продолжила свой путь уже более бодрым и весёлым шагом.

Протиснувшись сквозь толпу, я извлекла из своей тощей сумочки блокнот и ручку. Всё это уже было восемь раз, и вот — опять. Я выписала четыре вакансии и поскорее покинула толпу ищущих. В тот же день я побывала на четырёх собеседованиях, и везде мне сказали, что позвонят мне позже. Могла ли я ждать? Может быть, и могла, но только очень недолго, потому что в кошельке осталось сто рублей: я купила сигареты, пачку макарон, пакет молока, булку хлеба и бутылку кетчупа. Поужинав макаронами с кетчупом, я легла спать.

На следующий день я с самого утра ждала звонка. Все припасы кончились, и пришлось снова идти в магазин, что облегчило мой бюджет ещё на семьдесят рублей. День прошёл, но мне так и не позвонили. Я легла спать с мыслью: "Завтра обязательно позвонят".

На следующий день, заглянув в кошелёк, я запаниковала: там лежало тридцать рублей. И я принялась обзванивать всех сама. Результаты были неутешительны: в двух местах вакансия была уже занята, в третье место я не дозвонилась, а в четвёртом директор куда-то уехал на целую неделю.

Я нажала кнопку звонка квартиры напротив. Сосед Миша открыл мне. Я скомканно начала:

— Миш, понимаешь, такое дело…

Он сразу понял:

— Что, опять бабки кончились? Не, извини, я сам на мели.

Он сказал неправду. Деньги у него были, просто он не хотел мне одалживать. Я решила, что лучше умру от голода, но унижаться перед ним больше не стану. Остаток дня я просуществовала на хлебе и чае.