В поисках невидимого Бога

Можно сказать, что я пишу эту книгу с того давнего дня, в который возжаждал познать Бога. Все оказалось сложнее, чем виделось поначалу. Многие «рецепты» веры мне не подошли. Я вновь и вновь слышал от христиан: «Я общаюсь с Богом напрямую» — словно с Богом мы общаемся так же, как с человеком. Однако рано или поздно мы подходим к завесе, отделяющей видимое от невидимого. Как я могу «напрямую общаться» с кем–либо, если у меня даже нет уверенности, что мой собеседник здесь? И откуда взяться этой уверенности?

Книгу я писал так, чтобы рассказ мой продвигался от сомнений к вере, — в том же направлении пролегает и мой жизненный путь. Потому тем, кто с подозрением относится к вопросам духовным, или тем, кто несет на своих плечах бремя негативного опыта церковной жизни, советую: читайте, покуда читается, а как станет невмоготу — никто вам не запрещает отложить книгу в сторону. Я надеюсь впоследствии написать еще одну книгу, тоже об общении с Богом, но более практическую. Как заметил Клайв Льюис, мы нуждаемся не столько в наставлении, сколько в напоминании. По большому счету, мы задаем себе одни и те же вечные вопросы: христиане размышляли над ними и в первом веке, размышляют и в двадцать первом.

Моему редактору Джону Слоуну на сей раз пришлось тяжелее обычного. Он вылавливал такие недочеты, на устранение которых требовались недели труда. Но он сообщал мне о них настолько тактично, что после редакторской «разборки полетов» настроение у меня даже улучшалось. Стало быть, хороший редактор чем–то похож на терапевта или социального работника. С моей рукописью также работали Боб Хадсон и многие другие сотрудники издательства «Зондерван». Очень помогла мне моя секретарша Мелисса Николсон.

Я показывал рукопись разным людям и получал от них подробные отзывы, убедившие меня, сколь многообразны и субъективны подходы к богообщению. Хочу поблагодарить за ценные отклики Марка Боднарчука, Дэвида Грэма, Роба Мутию, Кэтрин Пэнки, Дейла Садермена, Тима Стаффорда, Джима Уивера, Дуга Франка и Кэти Хелмерс. Они помогли мне улучшить не только содержание, но и композицию, и общую концепцию книги. На раннем этапе работы во многом было непонятно, что и как делать. Поэтому советы очень меня выручили. Один из них гласил: «Мужайся, друг! Пусть твоя книга, как и любая книга о Боге, будет несовершенным дорожным знаком, который, хотя и не очень точно, но указывает на Того, Чье присутствие мы не можем вызвать по своему желанию, но Кто дозволил нам на Себя указывать, как бы неуклюже у нас это ни выходило». На эти слова я могу лишь от души сказать: «Аминь».

Однажды мы с моей женой Джэнет были в Перу, стране, где прошло ее детство. Мы съездили в древнюю столицу Перу Куско и в «потерянный город» инков Мачу–Пикчу, расположенный высоко в горах. Посмотрели следы, оставленные великой цивилизацией, которая достигла столь многого, хотя не знала ни алфавита, ни колеса. На травянистом плато возле Куско мы стояли у стены, сложенной из серых каменных глыб. Каждая из них весила около семнадцати тонн.

«Эти блоки, — гордо объяснил местный гид, — были вырублены вручную и скреплены без всякого известкового раствора. Причем они подогнаны столь плотно, что между ними не втиснуть и листка бумаги. Подобной точности не добиться, даже используя современные лазерные технологии. Никто не знает, как это удалось инкам. Неслучайно Эрих фон Деникен написал в книге «Колесницы богов», что инков посещали космические пришельцы — представители более развитой цивилизации».

Кто–то из нашей группы заинтересовался техническими подробностями: если строители не пользовались колесом, то как они тащили глыбы по гористой местности? Спросить легко, а вот ответить! Инки ведь не оставили письменных отчетов. Гид задумчиво потер подбородок и слегка наклонился к нам, словно собирался доверить важную тайну. «Понимаете, в чем дело…» Группа затихла. «Мы знаем орудия… Но не знаем инструментов!» И на его смуглом лице проявилось торжество.