В поисках идеального мужа

Всякий раз, как Клео Гриффин возвращалась после съемок в свою студию в Нью-Йорке, она испытывала одно и то же желание: схватить первого попавшегося мужчину, раздеться и поскорее забраться с ним в постель. Но в студии мужчин не было, только помощница и подруга Клео — Бернардетта Фэйрчайлд.

Берни подняла глаза от экрана компьютера.

— Ты вся горишь.

— Конечно, я горю. — Клео откусила кусок булки, купленной только что у уличного торговца, стащила с плеча тяжелую сумку с камерой и поставила в кресло.

— Ну, как этот Мистер Декабрь?

— Берни, да ты бы разрыдалась, увидев этого парня. — Клео разом осушила стакан с водой. — Если я чем-нибудь сейчас не займусь, то просто взорвусь.

Берни перестала печатать и повернулась к Клео.

— Знаешь, недавно слышала о новой интересной штуке. «Свидание» называется.

— У меня нет времени. — Клео с шумом поставила стакан на место. — Тебе повезло, у тебя есть Джордж.

— Проекту по имени «Джордж» я посвятила два года. Это не везение, а точный расчет и упорство.

— Мне надо было сделать то же самое еще в школе.

— А я тебе говорила, что это лучшее время для свиданий! Но разве ты меня слушаешь…

— Ну, и сейчас еще не поздно. — Клео вытащила стул и села напротив Берни. — Я еще могу кого-нибудь найти. Все, что мне нужно, — это хороший парень, который не будет мешать работе.

— И способный снять напряжение после утомительного дня за аппаратом.

Клео закинула ногу на ногу и усмехнулась.

— Именно. — Она снова откусила кусок булки.

— Боюсь, они не предлагают таких в каталоге «Шарп имидж», — сказала Берни. — Кстати, билеты в Монтану уже получены. Ты будешь жить на небольшом хорошем ранчо, как и хотела. Они принимают гостей, но там всего шесть комнат, поэтому народу будет мало. К тому же у хозяина, Тома Макбрайда, сколько-то голов скота, так что ковбоев там хватает. А на других ранчо, наверное, еще больше. — Берни протянула конверт.

— Ковбоев, говоришь? — Клео раскрыла конверт, чтобы посмотреть дату вылета. — И как мне выжить среди этих молодцев, учитывая, в какой форме я буду, когда закончу наконец этот календарь?

Берни снова принялась печатать.

— Сдавайся и затащи одного из них в постель.

— Нет. — Это было бы непрофессионально. Надо помнить о репутации.

— Ты же едешь на край света. Оттуда ни единое слово не дойдет до Нью-Йорка. Даже если ты малость развлечешься. — Берни вывела документ на принтер и откинулась в кресле.

Клео доела булку.

— Да нет, ты же меня знаешь. Сейчас я не могу рисковать — надо беречь золотую жилу. Пока не закончу календарь, буду держаться правил, без всяких отступлений.

— Ага, вот и ты, — сказала Берни, забирая листок из принтера. — У тебя чистые руки? Клео облизнула пальцы.

— Не очень.

— Тогда не трогай. — Берни положила перед ней листок. — Просто прочитай и позлорадствуй.

Клео прочла письмо к Ванклиффам, в котором объяснялось, что мисс Гриффин не сможет фотографировать дорогую, фешенебельную свадьбу их дочери. Пять лет назад, когда Клео еще не была так известна и когда замуж выходила другая их дочь, Берни сделала все, чтобы достать для Клео это место. Но они выбрали другого фотографа. Сейчас Берни злорадствовала и гордилась успехом Клео. Но сама Клео почему-то все еще чувствовала себя канатоходцем, балансирующим над пропастью. Успех не принес ни уверенности, ни чувства защищенности.

Она взглянула на Берни.

— Отлично, меня уже просят и даже умоляют фотографировать дорогие свадьбы, но…

— Твой календарь почти вышел на первое место по количеству продаж!

— «Почти» не считается. Берни устало вздохнула.

— Это еще один афоризм великого Кальвина Гриффина?

— В общем-то, он прав. — Когда речь заходила об отце, Клео начинала нервничать. — Но он не почти, а в самом деле стал главой «Сфинкс косметике» и многого добился в жизни.

Кроме, пожалуй, одного: не смог подержать на руках сына. Его жена внезапно умерла при родах, и Клео осталась без матери.

— Но ведь ты теперь глава студии Гриффинов? — спокойно продолжала Берни.

— Это не одно и то же. Этого…

— Недостаточно? — подсказала Берни. — Все еще кому-то что-то доказываешь.

— Мне нужно проявить пленку, я в лабораторию. — Клео подхватила сумку. — Боюсь, пожарные не будут готовы до отъезда, так что перешлешь мне их на ранчо. Кстати, как оно называется?

— «Шепот ветров».

— Ого, как романтично. Даже не похоже на название ранчо. Я думала, какой-нибудь очередной «Дом на скалах» или что-нибудь в этом роде.

— У тебя будет возможность сказать об этом его хозяину Тому Макбрайду. Уверена, он оценит замечание жительницы Нью-Йорка. — Берни вернулась к компьютеру.

— Что ж, может, и скажу. Удачное название — половина дела. — Клео направилась в лабораторию. Студия у нее была маленькой: приемная, рабочий кабинет и зал с аппаратурой для съемок в студии, который, впрочем, использовался редко. С тех пор как Клео решила фотографировать мужчин и создавать свой календарь, она уже давно не занималась студийными съемками, предпочитая снимать своих героев в привычной для них обстановке.