В погоне за миражами

— Мне до сих пор не верится! — радостно воскликнула Лоррейн Дэйтон Сент-Джеймс, блестящими от восторга глазами посмотрев во главу стола, где сидела рядом со своим женихом вторая из ее приемных девочек. Повернувшись направо, Лоррейн положила ладонь на руку Каприс, своей первой дочери, с улыбкой добавив: — Я боялась, что мой план не поможет! А он принес такие плоды…

Остро ощущая на себе взгляд молчаливого мужчины, сидящего напротив, Каприс беспокойно подвинулась к матери, стараясь спрятать нервозность за маской внимания. Он, несомненно, наблюдал за ней, наблюдал весь день, в течение церемонии бракосочетания, да и потом, когда все фотографировались. Вот и теперь, в ресторане, он опять не спускал с нее глаз. Пусть он коллега Киллиана и явно пользуется его уважением, но он выводит ее из равновесия.

— Каприс, ты меня не слушаешь, — тихо сказала Лоррейн, и ее радость слегка померкла при виде напряженного лица дочери. — С тобой все в порядке?

Беря себя в руки и мысленно проклиная незнакомца, мешавшего ей уделять все внимание близким. Каприс заставила себя не думать о том, как действует на нее его присутствие. Сегодняшний день принадлежит ее сестре Силк, и Каприс намерена им насладиться. Она посмотрела на мать, стараясь улыбнуться как можно непринужденнее. Пристальный ответный взгляд Лоррейн послужил ей прекрасным предупреждением, подействовавшим лучше всяких слов. Каприс незаметно вздохнула. Она не сердилась на мать за ее радость, но не готова была выслушивать намеки в свой адрес. Ее жизнь шла не слишком хорошо, но не стоило признаваться в этом Лоррейн.

— Пожалуйста, не рассчитывай на то, что мы все теперь бросимся к алтарю. Силк всегда отличалась оригинальностью, — пробормотала Каприс.

Лоррейн похлопала ее по руке, явно успокоенная таким ответом. На секунду вид у Каприс стал почти затравленным, а Лоррейн добивалась вовсе не этого.

— Я ни на что не рассчитываю. Но надеюсь. Я знаю, ты была недовольна мной, когда уезжала из Филадельфии. Тебе пришлось пойти на большие жертвы.

Каприс услышала в словах матери умоляющие нотки. Лоррейн так редко о чем-нибудь просила — несмотря на то, как много она дала ей и ее сводным сестрам! Каприс постаралась успокоить мать, хотя ее слова и были неискренними.

— Мне действительно пришлось кое от чего отказаться, — честно призналась она. — Возможно, я немного закоснела в своих привычках. Ты так считаешь. Да и Силк тоже. Надеюсь, все изменится теперь, когда я стану жить, не пользуясь влиянием имени Сент-Джеймсов. — Она наклонилась, чтобы поцеловать мать в щеку. — Только не жди, чтобы я нашла себе мужа, как Силк. Я на такую стремительность не способна. Ты ведь помнишь: я медлительная и осмотрительная.

Лоррейн заглянула в глаза старшей дочери. Каприс больше других сердило ее вмешательство в их жизнь.

— Ты меня простила?

Улыбка далась Каприс легче, чем она опасалась.

— Да. Через пару дней ярость прошла. Я ведь уже не та буйная мятежница, которую ты когда-то взяла в дом. Я научилась справляться со своей вспыльчивостью. Год я продержусь. — Стараясь не смотреть на сидящего напротив мужчину, она бросила взгляд на своих младших сестер, Леору и Ноэль, расположившихся чуть дальше по ту же сторону стола. Те негромко переговаривались. — Мы все продержимся. Ты хорошо поработала над нами, хоть нам и много осталось еще пройти.

Лоррейн просияла.

— Я так рада, милочка! Мне было очень тревожно. Я не хотела ранить кого-то из вас, но просто ума не могла приложить, как мне заставить вас пересмотреть вашу жизнь.

— Ну, ты нашла очень оригинальный способ заставить нас встряхнуться, когда попросила в качестве подарка на твое семидесятилетие на двенадцать месяцев полностью отказаться от всего нам привычного, — сухо согласилась ее дочь.

Лоррейн негромко рассмеялась, впервые почувствовав уверенность в том, что ее самая нацеленная на деловой успех дочь станет немного мягче и перестанет быть тем настороженным зверьком, в которого ей пришлось превратиться в своем нелегком детстве, где были только нарушенные обещания, ночные побеги и неуверенность в будущем. Иначе Каприс просто не смогла бы выжить.

— Стараюсь, как могу.

Каприс негромко рассмеялась, как всегда не устояв перед юмором матери. При этом она чуть наклонила голову и снова встретилась взглядом с молчаливым соседом напротив. Смех не смолк, но искреннее веселье из него ушло.

Рэндал Куинлен по прозвищу Куин удержал ее взгляд, заметив происшедшую в ней перемену. Необыкновенная девушка, решил он, наблюдая за тем, как она поддерживает разговор с матерью, несмотря на свою реакцию на его взгляд. По немногословным рассказам Силк он представлял ее совсем другой. Когда Каприс отвернулась, он поднес к губам бокал. Недоверчивая. Это ему нравится. Ему не хотелось, чтобы она досталась ему слишком легко. Будь это так, она оказалась бы не той женщиной, которую он дожидался все эти годы. И хотя его лицо оставалось бесстрастным, мысленно он подсмеивался над тем, как небеса распорядились его судьбой.