В ожидании счастья

Annotation

Четырех подруг — Саванну, Глорию, Бернадин и Робин — роднит возраст и стремление обрести счастье. Они не мечтают о чем-то сверхъестественном. Их представления о счастье гораздо прозаичнее — встретить достойного человека и жить с ним в мире и согласии. Каждая идет к цели своим путем, преодолевает свои трудности и в итоге находит свою любовь. Может быть, она не совсем идеальна, но кто вспомнит об этом…

Терри Макмиллан

От издательства

ТОЛЬКО БЫ НЕ ДИК КЛАРК

БРОШЕНА

СЧИТАЙ, ЧТО НИЧЕГО НЕ БЫЛО

НЕУСЛЫШАННЫЕ МОЛИТВЫ

КОСТЕР

ТОЛСТУХА

ЛЮБОВНЫЕ СТРАСТИ В ПУТИ

НЕОЖИДАННОЕ ОТКРЫТИЕ

ДЕВА ПОД ВЛИЯНИЕМ ВЕНЕРЫ

ПОЛЧАСА СЧАСТЬЯ

„СВОБОДА САМОВЫРАЖЕНИЯ"

ПАР

КОНТРОЛЬ

ВОТ ТАКИЕ ПУСТЯКИ

ЧЕРНЫЕ ЖЕНЩИНЫ ФИНИКСА

„ПОЧЕМУ ТЫ ЗДЕСЬ?"

РИКОШЕТ

УБИВАЯ ВРЕМЯ

НОВЫЕ ГОРИЗОНТЫ

БЛИЖЕ К СЕРДЦУ

ПИРУШКА

МУССОН

В РАЙ И ОБРАТНО

А ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ

НЕОБОСНОВАННЫЕ ПРИТЯЗАНИЯ

ДРУЖБА

ВСЕ НАПАСТИ СРАЗУ

ВОЗВРАЩЕНИЕ К ЖИЗНИ

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

Терри Макмиллан

В ожидании счастья

От издательства

Эта книга — результат издательского эксперимента. Четыре переводчицы — Анастасия Бялобжеская, Ольга Красавина, Елена Малафеева и Ирина Перминова — поставили перед собой задачу: перевоплотиться в главных героинь, придать каждому голосу особую окраску, выразить индивидуальные интонации, настроения, мысли. Однако работали все переводчицы, тесно сотрудничая друг с другом. Так что при всей несхожести отдельных голосов роман и в переводе звучит как произведение одного автора.

Тебе, папа.

Эдварду Льюису Макмиллану (1929–1968)

Мне суждено идти по этому пути,

Не думай, что иного не искала… П. Блисс, Путь иной

ЖЕНЩИНЫ:

Саванна Джексон

Бернадин Харрис

Робин Стоукс

Глория Мэтьюс

ТОЛЬКО БЫ НЕ ДИК КЛАРК

Выходит, надо чистить перышки: иду сегодня с каким-то Лайонелом на сочельник. Это все Шейла, моя младшая сестра, всучила мне его телефон: видите ли, он тоже живет здесь, в Денвере. Одиннадцать лет назад ее лопоухий муж играл с ним в баскетбол в Вашингтонском университете. То, что я еще не замужем, Шейле не дает покоя: ну как же, старшая из четверых, а до сих пор никому не дала согласия. Они с мамой вообразили, будто я сижу одна в четырех стенах и умираю от одиночества. На самом деле это не так. Конечно, бывает по-разному, но я еще не дошла до того, чтобы хвататься за все без разбору. Ведь хотеть пить и умирать от жажды — разные вещи. Но мама с Шейлой всю жизнь думают, что лучше хоть что-то, чем совсем ничего, и вот до чего дошли. Мама, считающая себя крупным специалистом по любым вопросам, уже семнадцать лет, как осталась без мужа. Знать бы, где сейчас мой папочка, кажется, убила бы его. Это он разбил ее сердце.

А сама Шейла? Что пи год, то разводится. Звонит за мой счет из какого-нибудь дешевенького мотеля, где она отсиживается с детьми, пока не соберет все бумаги против Пола. Часами ноет, как он ей надоел. Пусть, дескать, что хочет, то и делает, она больше не вернется. А потом, как идиотка, звонит ему и перечисляет свои претензии, а он клянется сделать все, что она захочет. Она не верит. Еще недели две он умоляет и наконец убеждает ее. После чего она сдается и возвращается. Во время очередного такого „медового месяца" о ней ни слуху ни духу, лишь изредка вдруг позвонит на три минуты, сказать, что все пока в полном порядке и что нельзя долго болтать, потому что он разрешил ей вышвырнуть старый ковер или там купить новую мебель в гостиную, — так что надо экономить.

Один из наших братьев за какую-то чушь собачью — передачу фальшивых денег — схлопотал срок, хотя он не преступник. Другой брат — на бессрочной во флоте. Но кого ни возьми, все норовят давать советы…