В объятьях убийцы

Annotation

Внезапно какой-то странный шум разбудил девушку. На этот раз это были не шаги и не голоса. Что-то скреблось и шуршало за окном. Она осторожно ощупала кровать рядом с собой и дотронулась до мужа. Значит, там снаружи был не он.

Она хотела его разбудить, но затем передумала. Вдруг он опять поднимет ее на смех? Нелли решила сначала сама посмотреть, в чем дело. Ведь это могла быть просто кошка.

Девушка встала и подошла к окну. Сквозь занавеску пробивался слабый лунный свет. За окном двигалась какая-то тень. Нелли чуть не закричала, но потом вспомнила, что недалеко от окна росло высокое дерево со свисающими вниз ветками. Может быть, это ветер шевелил их так сильно и прижимал к стеклу. Именно они и скребли по окну.

Она раздвинула занавески и окаменела от ужаса. К стеклу снаружи прижималось безобразное лицо. Дикие глаза смотрели прямо на нее. Рот был искажен омерзительной усмешкой.

Орландина Колман В объятьях убийцы

Читайте в следующем номере

Орландина Колман В объятьях убийцы

Внезапно какой-то странный шум разбудил девушку. На этот раз это были не шаги и не голоса. Что-то скреблось и шуршало за окном. Она осторожно ощупала кровать рядом с собой и дотронулась до мужа. Значит, там снаружи был не он.

Она хотела его разбудить, но затем передумала. Вдруг он опять поднимет ее на смех? Нелли решила сначала сама посмотреть, в чем дело. Ведь это могла быть просто кошка.

Девушка встала и подошла к окну. Сквозь занавеску пробивался слабый лунный свет. За окном двигалась какая-то тень. Нелли чуть не закричала, но потом вспомнила, что недалеко от окна росло высокое дерево со свисающими вниз ветками. Может быть, это ветер шевелил их так сильно и прижимал к стеклу. Именно они и скребли по окну.

Она раздвинула занавески и окаменела от ужаса. К стеклу снаружи прижималось безобразное лицо. Дикие глаза смотрели прямо на нее. Рот был искажен омерзительной усмешкой.

* * *

Нелли Дорфилд наслаждалась каникулами. Она с огромным удовольствием изучала биологию в Университете Глазго, но с трудом переживала разлуку со своим горячо любимым отцом, лордом Эдвардом Дорфилдом. Только во время каникул она могла заботиться о нем в полной мере. И только в Дорфилд-холле она чувствовала себя действительно дома, ощущая тесную связь с родовым замком.

Раздался звонок в дверь. Экономка миссис Грэхэм пошла открывать.

– О, мистер Уорнер! Доброе утро! Леди Нелли будет вам рада!

Дональд Уорнер, соседский сын, всегда был для экономки желанным гостем. Она испытывала почти материнскую любовь к молодому человеку, которого знала еще ребенком. В детстве он и Нелли все время играли вместе, и старой экономке больше всего на свете хотелось, чтобы молодые люди, которых она так любила, однажды поженились.

Соседи уже давно судачили об этом. Всем казалось, что многолетняя дружба между молодыми людьми обязательно перерастет в нечто большее.

Дональд ответил на сердечное приветствие экономки, взбежал по широкой мраморной лестнице наверх и постучал в дверь комнаты Нелли. Девушка встала и пошла ему навстречу. Ее большие голубые глаза радостно засветились.

Бурно поздоровавшись с ней, молодой человек сразу же приступил к делу:

– Представь себе, Нелли! Мне дали стипендию для учебы в одном из университетов США! На целый год! Они хотят, чтобы я стал специалистом по микроэлектронике.

– Правда? – удивилась Нелли. Она хотела броситься ему на шею, как делала это всегда в радостные моменты. Но вдруг что-то ее остановило. Он решил уехать, оставить ее ради карьеры?

Но радостно возбужденный молодой человек не заметил перемены в ее настроении.

– Я возьму тебя с собой! Конечно, если ты согласишься… – выпалил он.

– Возьмешь меня с собой? – не поняла она.

– Конечно, в качестве моей жены, Нелли!

Девушка оправилась от первого шока. Все было в порядке – она была частью его нового плана.

– Почему ты ничего не говоришь? – спросил он недоуменно.

Она улыбнулась:

– Извини, но это так неожиданно. Ты уже все решил, а я узнаю обо всем только сейчас…

– Извини, радость моя. Я об этом не подумал.

– Ты наверняка думал, что я приду в восторг от твоей идеи.

– Признаюсь, я действительно так думал.