В лучах прожекторов

Николай Александрович Шмелев

Стоит ли в наш век — в век завоевания космоса, в век огромных скоростей и высот — возвращаться на страницах книги к «небесным тихоходам»? — спросят некоторые читатели. Вот полеты советских космических кораблей «Восток-1» и «Восток-2» со скоростью 28 тысяч километров в час и на высотах свыше 300 километров — дело другое, это ново, увлекательно, захватывающе…

Боевой авиации исполнилось всего 50 лет. А как видоизменилась она за это время? От скорости 50–60 километров в час — до сверхзвуковых скоростей и полетов в стратосферных высотах. А как быстро «стареют» самолеты. Не успеет самолет прочно войти на вооружение, как он уже устарел и его заменяют новым, с большими скоростями, высотностью и другими лучшими летными качествами.

Но бывали в истории авиации и исключения. Наиболее показательным примером долголетия самолета является история знаменитого По-2 конструктора Героя Социалистического Труда Николая Николаевича Поликарпова.

Этот самолет прослужил в авиации более 30 лет. Да как прослужил, с какой честью!

Маленький деревянный биплан, обтянутый перкалем, покрашенный в темно-зеленый цвет, с небольшим, всего в 100 лошадиных сил, моторчиком (а на космическом корабле «Восток» двигатели имели мощность 20 000 000 лошадиных сил!), летал он со скоростью всего 110 километров в час. И все же это не превзойденный по своему разнообразному применению как в мирное, так и в военное время самолет, на котором начали и выучились летать тысячи наших авиаторов, прославленных летчиков, ныне генералов и маршалов, в том числе и трижды Герои Советского Союза А. И. Покрышкин, И. Н. Кожедуб.

Этот самолет был лучшим средством связи. Там, где не проходили автомашина и танк, летел По-2 и доставлял срочный пакет, боевой приказ, донесение, боеприпасы, продовольствие, медикаменты — и все, что требовалось войскам. Эта безотказная машина была ночным бомбардировщиком и еженощно по 10–15 раз перелетала линию фронта, сбрасывая бомбы на голову врага, корректировала артиллерийский огонь, была воздушным санитаром, лучшим другом партизан, небесным агитатором. Своей славой По-2 обязаны людям, которые на них летали, — крылатым богатырям, бесстрашным и умелым воинам.

О бойцах-летчиках, о своих товарищах с По-2 и рассказывает в этой книге Николай Александрович Шмелев. Тепло, проникновенно пишет он о скромных и мужественных людях, их самоотверженных делах. Давно перестали считать боевыми самолеты, на которых они воевали. Но подвиг бессмертен. Народ помнит героев, на их примере молодежь учится любить Родину и защищать ее до последнего вздоха.

Генерал-полковник авиации

Н. ШИМАНОВ

а аэродроме военной авиационной школы шли обычные полеты. Сегодня всем нам предстояло летать, и мы сидели, терпеливо ожидая своей очереди. Встали рано, до рассвета. К полудню стало клонить ко сну. Нещадно палило солнце.

В синеющей выси раскатисто гудели моторы.

Костлявый, длинный курсант Лева Слободин изливал душу:

— Эх, братцы! Чем больше смотрю на эту технику, что нас по небу возит, тем сильнее на ястребок тянет. Не улыбается что-то быть бомбером! У-у-у! Везу! Везу! — передразнивал он гудение скоростного бомбардировщика. Вот позавчера был на аэродроме. Прилетела парочка «яков». Походил вокруг. В кабину заглянул. Вот это машина! А вид какой! Мечта!.. Мы идем на взлет, земля стонет. А они раз, и ввинтились в небо. Проводил глазами и стою… Их уже не видно, а я все смотрю, смотрю, может, думаю, еще разок над полем пройдут. Вдруг откуда-то, словно нарочно, У-2 тарахтит. Тьфу ты! Ни вида, ни скорости! Как только небо его терпит? А ведь недавно был летательный аппарат хоть куда…

— Почему был? — удивился кто-то. — Он и сейчас не хуже других.

— У-2 — это наша летающая парта! Мы на нем впервые воздуха глотнули. А ты — тарахтит.

Ребята, засмеялись. Лева, приподнялся на локте и, добродушно улыбаясь, взмолился:

— Братцы, я ничего плохого про У-2 не хотел сказать. Говорю, на истребитель хочется пересесть. Полетать по-настоящему, чтоб скорость была и маневр… Разве У-2 на что-нибудь годится? Колхозные посевы опылять, овец в степи считать да по деревням врачей возить…

— А на границе он разве службу не несет? — спросил лежавший Игнатов.

— Несет, — согласился Слободин.

— Стало быть, и боевую задачу выполняет?

— Ну, это ты брось, — заупрямился Лева. — У нас всякая служба считается боевой задачей: хоть штаб охраняй, хоть дрова карауль.

— Правильно, Лева!:— поддержал я. — Сказано — учебная машина — так и есть! Но на ястребок без нее не попадешь!

— Глядите! Фиолетов на посадку идет!

К аэродрому планировал СБ. У самой земли самолет резко нырнул и, ударившись о грунт колесами, подпрыгнул, словно на пружинах.

— Козла дал! — закричал Слободин.

Все вскочили.