Узоры и узорчики военной лямки

Аннотация

За 30 лет военной службы в ВВС у автора накопилось множество анекдотичных историй из быта и службы в гарнизонах. Все эпизоды имеют под собой реальную основу. Изменены имена и фамилии отдельных действующих лиц и названия гарнизонов.

Содержит попытки нецензурных выражений..

Взращенным эстетам и благородным

ледям может не понравиться

Предисловие

Три толстых общих тетради – мое наследство после 29 лет военной службы. Эти тетради содержат записи о событиях в воинских частях, где служил я или мои два однокашника по авиационному инженерному училищу. Вести записи мы начали еще на третьем курсе учебы.

Тетради заполняли не только мы, так как хранились они у холостяков в офицерском общежитии. Там они были в безопасности от жен (когда мы со временем женились) и детей, а главное – от замполитов, парткома и прочих, интересующихся ими по долгу службы. В эти тетради писалось все, происходящее на службе и в командировках, и на отдыхе.

На страницах, кроме записей событий, много следов от закуски и не вытертых после пиршества пальцев, отпечатки стаканов с кофе или чем покрепче. На двух страницах сохранились преферансные «пули» с расчетами за «классику» по полкопейки за вист, видимо другой бумаги под рукой не было.

Я не могу утверждать, что эти записи являются летописью авиационных частей. Нет. Про учебную и боевую подготовку там почти ничего. Записывались скорее анекдотичные происшествия, проявления характера сослуживцев и все, что привлекло внимание. При этом не надо упрекать автора в «нездоровом взгляде» на военную службу. Служили мы все «будь здоров», а не «от сих и до сих», как сейчас. Тогда не было понятия «регламент служебного времени». Один или два дня в неделю не было полетов, значит по 8 часов, если нет отказов на самолетах. А отказы были, тогда без счета времени, пока не найдешь и не устранишь. Во время полетов смена длилась 12 часов: за три часа до полетов – вытаскивание самолетов на стартовую позицию и предполетная подготовка (проверки с аппаратурой) на них, потом 8 часов полеты, затем разбор полетов (достижений, ошибок и недостатков) и растаскивание самолетов по укрытиям. А если были отказы в воздухе – то занимались сразу же выявлением причин и заменой отказавших узлов и приборов. И так продолжалось до перехода в дивизию и получения звания подполковник, когда уже о причинах отказов тебе стали докладывать по телефону.

Конечно пришлось редактировать стиль изложения с военно-командирского языка на русский. В ущерб краткости необходимо было добавить некоторые объяснения, иначе кроме авиаторов не все бы поняли терминологию. Поэтому эти записи я и назвал не хронологией военной службы, а некоторыми эпизодами (узорами) из нее. В конце повествования небольшой экскурс для не служивших в армии.

Автор

Образец среднестатического курсанта

В училище многие преподаватели любят рассказывать анекдоты про некоего курсанта Васю. Например.

Приходит Вася на экзамен. Один из дополнительных вопросов: зачем трехфазному току три провода? Вася не растерялся, посмотрел по сторонам. А в экзаменационных лабораториях принято было отвечать у классных досок, вкратце записывая тезисы ответа и рисуя выводы и схемы. На одной из досок была изображена формула переменного тока. Все знают, что при получении билета, сосредотачиваешься на этих трех вопросах, остальное отлетает на время. После трудно перейти к общему курсу теории. Вот Вася и отвечает по формуле:

– 

По одному проводу идет напряжение, по другому – ток, по третьему – косинус «фи».

Многие преподаватели «выдающиеся» ответы записывают в свои записные книжки. Некоторые, хохоча, даже зачет за лабораторную работу могут поставить, если насмешишь.

Так и Архипов получил. На кафедре авиационных электрических машин и электромеханизмов двойную беличью клетку (одна из технологий теории изготовления электрических машин) он назвал двойной заячей обмоткой. Старший преподаватель – полковник Брыскин – сполз со стула, держась за живот, только и сказав:

– 

Молодец! Зачет. Продолжай и впредь так же.

Перед экзаменом по гироскопическим устройствам преподаватель всем громогласно объявил:

– По моему курсу даже тройку получить – нужно умудриться, а двоек не бывает вообще. Я разрешаю пользоваться любой литературой, которую вы захотите принести с собой. Конспекты, если писали, можете взять на экзамен и отвечать по ним, если вам так удобнее. Основные учебники будут лежать на первом столе в трех экземплярах, можете брать, искать в них ответы на вопросы вашего билета. Инженер, по моему убеждению, не должен знать все наизусть. Но должен хорошо понимать законы природы и уметь пользоваться справочной литературой.

Но курсанты умеют достичь невозможного! И Ватрушкин из второй группы умудрился получить двойку, – его выгнали с экзамена за списывание со шпаргалки. Причем он прятал её от преподавателя. А тот и посчитал, что Ватрушкин над ним издевается.