Увести за 60 дней

- Ну что ты ревешь?! – женская, но чертовски тяжелая рука увесисто шлепнула меня по спине. В самом низу. – Не молчи, Лилька! Слезы из глаз текут, а не изо рта, говорить не мешают! Ну, что случилось?!

Я смогла только прохлюпать что-то, непонятное даже мне самой, и завалилась на плечо подруги. Теперь Ксюшина ладонь была вынуждена гладить меня по голове. Это, в конце концов, возымело свой терапевтический эффект. И я смогла прохлюпать уже членораздельно. Точнее, провыть.

- Я пропала…

- Помочь спрятать труп?

Я завыла совсем как образцовый оборотень.

- Люблю его…

- Слава тебе, господи, я дожила до этого светлого дня! – фыркнула бессердечная Ксюша. – Осталось выяснить, кто он – и я буду почти довольна.

- Он мой клиент.

- Тоже нормальный метод знакомства – на работе, - продолжала демонстрировать бессердечие пополам с несообразительностью подруга. – Вон даже мамка моя умудрилась на работе со вторым мужем познакомиться. А ты ж помнишь, кем у меня мамуля работает…

- Ксюха, ты дура или прикидываешься?! Ты помнишь, где работаю я?!

Переход от хлюпанья и жалостливого воя к ору произошёл резко – Ксюша вздрогнула. А потом вздохнула во весь свой богатый диапазон.

- Ох ты ж черт… точно… Это вам не в наркологическом диспансере с мужиком познакомиться, тут серьезнее.

- Вот именно, - с тоской пробормотала я. Я как раз сегодня собиралась эту тоску мартини заливать, а тут Ксюшка нарисовалась. И вот я уже реву у нее на плече. – Свадьба у него через два месяца, Ксюш…

Подруга молчала и барабанила пальцами по моему плечу.

- Лиль, а ты его прям… это… ну… серьезно любишь? Или так, блажь?

Я не ответила. Я снова залилась слезами. Я вспомнила его.

- Ой, все, хорош реветь, у меня уже лифчик и сиськи мокрые! – попыталась успокоить меня Ксюха. – Лиля, соберись, тряпка!

- Не хочу собираться. Хочу быть тряпкой.

Ксюшка спихнула меня со своего крепкого плеча и деловито смешала нам по коктейлю – по-пролетарски, без лимонов и оливок, только мартини и тоник. Вручила один мне, а свой принялась вертеть в руках.

- Свадьба, Ксюш… - у мартини со слезами совсем особенный вкус. – Через два месяца у него свадьба…

- И не с тобой, как я понимаю… - я в ответ снова взвыла. - Пей давай! – пихнула меня Ксюха, а свой коктейль пить пока не торопилась. - Ну ведь у него свадьба через два месяца. А не была два месяца назад.

- Какая разница? - я внимательно изучала, как поднимаются пузырьки в бокале.

- Огромная! – фыркнула Ксюха. Наконец сделала глоток. – Сейчас-то он свободен.

- Ты меня не слышишь, что ли?! У него! Свадьба! Через! Два! Месяца!

- Так за два месяца многое что может случиться…

Я смотрела на Ксюшку, позорно открыв рот. То, что она сейчас сказала, заставило всю стройную и сопливую конструкцию имени несчастной меня, которую я соорудила у себя в голове, совершить кульбит и с треском опрокинуться.

- Ты что же, предлагаешь…

- У нас есть шестьдесят дней. Надо составить план.

Целой бутылки мартини хватило, чтобы составить великолепный, элегантнейший план. Состоял он из одного-единственного пункта: «Сорвать свадьбу».

За такие слова меня, сотрудницу свадебного агентства «Врата Амура», выперли бы с работы с позором за полную профнепригодность. Но кто не рискует, тот не Лиля Плик.

Да, меня зовут Лилия Плик.

«Что за фамилия такая – Плик?» - спросите вы. А даже если не спросите, я все равно расскажу. Историю нашей фамилии рассказывают всем желающим. И не желающим тоже.

Но она и в самом деле занимательная.

Уходит корнями эта история аж во Францию. Да-да, у меня французские корни! Правда, по моему лицу этого не скажешь – ну так и корни очень уж глубокие. Восходят они к временам религиозных войн. Именно тогда французская гугенотская семья Пли собрала свои немногочисленные пожитки, включая козу, и рванула от греха и католиков подальше - в соседнюю Германию. Добежали аж до Бранденбурга. Там и осели. В Германии к фамилии «Пли» добавили букву «Г» и получилось - Плиг. А что, вполне нормальная бюргерская фамилия.

Но не сиделось моим предкам в Бранденбурге. И они рванули еще дальше на восток. И оказались в России.

А уж тут моему деду невнимательная, близорукая или попросту пьяная паспортистка выправила букву «Г» на букву «К». Дед спорить с женщиной при исполнении служебных обязанностей не стал. А если быть совсем честным – то заметил он это, только когда приехал поступать в университет. Оказалось, что паспорт и аттестат о среднем образовании выданы на формально разные фамилии. Тогда-то и было совершено второе криминальное деяние в нашей семье – после побега с родины. А именно – подлог документов. Дед собственноручно исправил в аттестате об образовании «Г» на «К» - там это сделать оказалось проще. И так наша семья приобрела свое окончательное наименование.

Семья Плик.

Не Адамс, конечно. Но тоже ничего звучит, свежо.