Утка с яблоками. Рассказы

Хотелось курить. Так жутко хотелось, что после двадцатиминутного ожидания, когда, наконец, выплыл чемодан, он подхватил его и понесся к выходу, проклиная Пулково, Аэрофлот, российскую авиацию и дурацкую русскую манеру во всем следовать за Западом. Вот в Шарм-эль-Шейхе везде курят: в аэропорту, в холлах и номерах отелей, на пляжах, даже в парфюмерных лавках курят – и ничего, никто не хворает! Мало того, и некурящие не выступают, потому что мощные кондиционеры мгновенно всасывают дым.

Не то чтобы он был уж очень заядлый курильщик – от силы пачка в день, нормально, как все – просто терпеть не мог, когда ему что-то навязывали, пусть даже здоровый образ жизни, и поэтому с прошлого года зарекся отдыхать на Кипре. Там, с какого-то перепугу, борьба за чистоту окружающей среды и здоровый образ жизни дошла до полного абсурда: курить практически негде, только на собственном балконе, и то с оглядкой – не потревожишь ли ненароком чувствительные ноздри приехавшего за чистым воздухом соседа. Даже на просторной территории отеля закурить не решаешься, потому что бросить окурок решительно некуда – не в кусты же бугенвиллий! Раздраженный, он везде выискивал места, где можно покурить – в результате выкуривал по полторы пачки в день, не получая при этом никакого удовольствия.

Из-за нежелания наступать на горло собственной немодной нынче привычке приходится выискивать курорты с отелями для курящих – вот ведь до чего дошло!

Огромными шагами он сокращал расстояние до воли, а его видавший виды чемодан, жалобно поскрипывая и прихрамывая на вихляющем колесе, послушно поспешал за хозяином.

«Надо новый купить, – подумал он, – это колесо до Парижа не доедет».

Впрочем, в Париж он пока не собирался, хоть и не был до сих пор. Почему-то Париж у него ассоциировался с романтическим путешествием: лямур, тужур и все такое… Ехать туда одному казалось глупо. Курорты – дело другое. Как любит повторять один его сотрудник, в Тулу (то есть на курорт) со своим самоваром не ездят. И правда, зачем? На любом солнечном морском берегу количество стройных, загорелых, полуобнаженных, готовых к знакомству девушек и женщин раз в десять превышает число свободных мужчин. Впрочем, и вдали от моря расклад примерно такой же, только в обычной на все пуговицы застегнутой городской суете не сразу поймешь, кто свободен, а кто нет.

Вот и на этот раз за восемь дней поговорка про Тулу и самовары дважды оправдала себя. Конечно, не самовары, а пряники, зато фигурные, вернее, фигуристые. В первый же вечер на дискотеке ему приглянулась веселая блондинка из Калининграда. Она так легко согласилась подняться в номер, что возникло подозрение: уж не профессионалка ли? Заплатить по таксе за любовь для него казалось равносильным расписке в собственной мужской несостоятельности и непривлекательности. Сводить девушку в ресторан, сделать маленький симпатичный презент, подарить роскошные цветы – это да, это не жалко, совсем не жалко! А вот сговориться и оплатить услугу… Брр-р! И это еще надо разобраться, кто кому услугу оказывает.

Та девица оказалась просто малость безбашенной – а может, под кайфом? – и когда наутро выяснилось, что в два пополудни она покидает отель, он нисколько не жалел, хотя и не раскаивался ни в чем.

Вторая пассия, брюнетка, успевшая загореть почти до негритянской черноты, стоила ему двухдневных ухаживаний, флакона сомнительных местных духов (тридцать долларов), ужина в городе (сто двадцать, включая такси) и букета за десятку. Оценивать, стоило ли полученное удовольствие истраченных денег, он не стал, потому что считал это глупостью, и к тому же от природы не был жаден. Через день он уезжал, и обрадовался, что девушка не спросила номер его телефона. Сам он, конечно, тоже не спросил. Такие короткие знакомства лучше всего, считал он. Длительные отношения затягивают, второй стороне хочется продолжения, и нет ей никакого дела до того, хочется ли этого ему. И пойдет: междугородние звонки, СМС-ки, шквал записок на электронную почту – плавали, знаем!

Огибая сверх меры обвешанную багажом семейку с двумя малолетними детьми, он пихнул сигарету в рот, но после безуспешной попытки достать левой рукой из правого кармана зажигалку приостановился, перехватил чемодан, нашарил, наконец, искомое и шагнул за вежливо распахнутые электронным швейцаром двери.

Но так и не прикурил…

Нет, конечно, он понимал, что хотя еще сегодня – да нет, вчера, уже вчера – купался в Красном море, ходил под пальмами в шортах и майке и насмехался над устроившимся на гипсовом верблюде Санта Клаусом, в Питере через два дня наступит настоящий Новый год, и чаще всего в это время идет снег. И что-то такое вроде было, когда он улетал. Точно, было. Только он не придал значения, думал, растает, потому что до середины декабря не только снега, заморозков не было.