Урок отцу, или Дочка без притворства

Гудвилл.

Блистер, аптекарь.

Купи, учитель танцев,

Квейвер, учитель пения.

Вормвуд, стряпчий.

Томас, лакей.

Люси, дочь Гудвилла.

Место действия – парадная комната в усадьбе Гудвилла.

Гудвилл (один). Странное дело! Получить состояние всякий рад, а никто почему-то не понимает, какое это удовольствие – одарить им другого. Хороший человек должен прийти в умиление от одной мысли, что может вознаградить кого-то по заслугам, а ведь людей с заслугами сыскать нетрудно. Я изрядно потрудился на своем веку и теперь с божьей помощью имею десять тысяч фунтов и единственную дочь. И все это я отдам самому достойному из своих бедных родственников. Надежда осчастливить порядочного человека доставляет мне такую радость, что я поневоле забываю, скольких трудов, скольких бессонных ночей стоило мне мое богатство. За родными я уже послал. Девочка выросла под моим присмотром. Она ничего не видела, ничего не знает, а значит, и не имеет своей воли, во всем мне послушна. Я могу не сомневаться, что она одобрит любой мой выбор. Как счастливо заживу я на склоне лет со своей неопытной, любящей, во всем мне послушной дочерью и зятем, от которого могу ожидать лишь благодарности – ведь он будет стольким мне обязан! Право, я самый счастливый человек на свете! А вот и моя дочь!

Входит Люси.

Люси. Вы посылали за мной, папенька?

Гудвилл. Да, девочка, поди сюда. Я позвал тебя, чтобы поговорить о деле, о котором ты, наверное, еще не помышляла.

Люси. Надеюсь, вы не намерены послать меня в пансион?

Гудвилл. Думается, я уделял тебе столько внимания, что ты можешь считать меня наилучшим из отцов. Я ни разу не отказал тебе ни в чем – разве что для твоей же пользы – только это руководило мною. Ради тебя я лишал себя всех удовольствий, трудился столько лет на ферме, которая приносит пятьсот фунтов в год, и скопил целых десять тысяч.

Люси. Уж не гневаетесь ли вы на меня, папенька?

Гудвилл. Не бойся, девочка, – ты ничем меня не огорчила. Ответь мне на один лишь вопрос: что думает моя милая малютка о замужестве?

Люси. О замужестве? Ах!…

Гудвилл. Девица шестнадцати лет должна суметь ответить на этот вопрос. Ты хотела б, чтоб у тебя был муж, Люси?

Люси. А экипаж у меня будет?

Гудвилл. Полно, какое это имеет отношение к замужеству?

Люси. Вы же знаете, папенька, что дочку сэра Джона Уэлти муж увез в экипаже, и соседки говорили, что когда я выйду замуж, у меня должен быть выезд. Мне уже сто снов про это приснилось. И всякий раз, как муж привидится, привидится и экипаж. Однажды я во сне целую ночь в нем каталась, и мне это до смерти понравилось!

Гудвилл (в сторону). Хоть под замок сажай девку – от дурных советчиков не убережешь! Послушай, дочка, а не много ли будет: при муже еще и экипаж?

Люси. Так пусть будет экипаж без мужа.

Гудвилл. Неужели ты выезд предпочитаешь мужу?

Люси. Право, не знаю. Но если вы подарите мне экипаж, я, честное слово, сама раздобуду себе мужа.

Гудвилл (в сторону). Девочка рехнулась, не иначе! (Дочери.) Ах ты, баловница! Кто тебе вбил этакое в голову? У тебя будет хороший, рассудительный муж, который научит тебя уму-разуму.

Люси. Нет! Я такого не возьму, если только можно будет делу помочь. Мисс Дженни Флентит говорит, что рассудительный муж – самый скверный.

Гудвилл (в сторону). Надо, чтоб у девочки появились более здоровые склонности. (Дочери.) Послушай меня, Люси, скажи: из всех мужчин, каких ты видела, кого бы ты предпочла в мужья?

Люси. Фи, папа, мне не тоже говорить об этом!

Гудвилл. Ну, отцу-то можно!

Люси. Нет, мисс Дженни говорит: ни одному мужчине, кто бы он ни был, нельзя открывать, что у тебя на уме. Она своему отцу ни слова правды не говорит!

Гудвилл. Мисс Дженни скверная девчонка, и ты не должна ее слушать! Скажи мне все по чести, иначе я рассержусь.

Люси. Тогда – из всех мужчин, каких я только видела, больше всех мне понравился мистер Томас – лакей милорда Паунса. Он самый лучший, в сто тысяч раз лучше всех остальных!

Гудвилл. Боже мой! Так тебе понравился лакей?…