Уравнение Гровса с тремя неизвестными

В оформлении обложки использована фотография с https://pixabay.com/ru/%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%83%D1%8F-%D1%81%D0%B2%D0%BE%D0%B1%D0%BE%D0%B4%D1%8B-%D0%B3%D1%80%D0%B8%D0%B1-%D0%B0%D1%82%D0%BE%D0%BC%D0%BD%D0%B0%D1%8F-%D0%B1%D0%BE%D0%BC%D0%B1%D0%B0-2629937/

по лицензии CC0.

«Результат работы Манхэттенского

проекта – главный аргумент

политического уравнения

послевоенного мира»

Генерал Лесли Гровс

Адъютант Гитлера Юлиус Шауб в последние годы редко видел фюрера в хорошем настроении. Но сегодня, вопреки сложному положению на фронтах, тот сиял решительностью и оптимизмом. Такого Гитлера адъютант помнил только в июне 1941 года накануне вторжения в СССР. Шауб был давним другом фюрера, они познакомились еще в 1919 году в Мюнхене, где оба служили рядовыми солдатами и проживали в одной казарме. Шеф-адъютантом Гитлера Юлиус стал только в конце 1940 года.

Теперь, он обергруппенфюрер СС, выполняющий секретные поручения Гитлера. Об их характере и содержании никто не знал, даже из ближайшего окружения фюрера. Сегодня, в главном бункере в Берлине, расположенном в ста метрах к северо-востоку от рейхсканцелярии, должно состояться совещание по наступательной операции на Западном фронте. Сюда прибыли: рейсхфюрер СС Гиммлер, рейсхляйтер Борман, начальник Управления имперской безопасности Кальтенбруннер, рейсхминистр авиации Геринг, рейсхминистр промышленности и вооружений Шпеер, фельдмаршал Модель, обергруппенфюрер СС Дитрих, генералы Манштейн и Мантойфель, командиры корпусов и дивизий, готовых к военной операции в Арденнах. Наступление планировалось начать силами 30 дивизий, из которых 12 танковых.

Этот бункер Гитлер впервые посетил в конце ноября 1944 года. Пять метров под землей, четыре железобетона и метр грунта сверху, надежно защищали от бомб авиации союзников. Тридцать комнат, помещений различного назначения – от конференц-зала до туалетов и вент камер, расположенных на двух уровнях с выходами в главное здание и аварийным – в сад. Бункер имел общую площадь около 250 кв. м., его строительство было закончено два года назад. После покушения на фюрера 20 июля 1944-го во время Растенбургского совещания в его Ставке, бункер был оборудован сложными системами сигнализации и досмотра всех без исключения, кто входил к Гитлеру. Тогда, во время взрыва погиб старший адъютант, любимчик Гитлера Шмунд, с которым у Юлиуса складывались непростые отношения, после гибели соперника, Шауб ежедневно пребывал в прекрасном настроении.

Решительность Гитлера и приподнятое настроение его адъютанта являлось особенностью этого дня, на которую обратил внимание Борман. Рейсхляйтер в последнее время стал сентиментален и подмечал все изменения в поведении Гитлера и его окружения.

– Сегодня и фюрер, и его адъютант в хорошем настроении, – сказал рейсхляйтер Кальтенбруннеру, проходя мимо сигнализатора металла, – я уже имел беседу с фюрером двумя часами ранее и был свидетелем его прекрасного настроения! А это значит Эрнст, что победа не за горами!

Кальтенбруннер не ответил Борману и первым подошел к Шаубу, протягивая ему свой «Вальтер». Адъютант с улыбкой на лице наблюдал, как ближайшее окружение Гитлера послушно проходило систему сигнализации, и сдавало личное оружие, которое он клал в специальный сейф.

– Проходите! – вежливо приглашал Шауб, учтиво открывая дверь в конференц-зал нового бункера, – фюрер ждет Вас!

Последними на совещание были пропущены три стенографистки. Не смотря на низкую температуру в конференц-зале, все девушки были одеты по протоколу безопасности в белые блузы и черные юбки. Юлиус вошел следом за ними. Гитлер в это время находился у большой карты, висящей на стене с нанесенными на ней линиями Восточного и Западного фронтов. Он вполголоса о чем-то беседовал с Гиммлером. Увидев своего адъютанта, закрывающего за собой дверь, Гитлер окинул всех присутствующих беглым взглядом и начал совещание.

– Фридрих Великий, – с пафосом закричал Гитлер, – который в тяжелейший час своей войны тоже остался в полном одиночестве, выстоял и победил! Сегодня так же, как тогда, вражеский альянс распадется только в результате предстоящего наступления наших войск в Арденнах. Если каждый будет помышлять лишь об успехе, думать только о победе, она не заставит себя ждать…. Германия превыше всего!

Шауб не раз слышал от фюрера подобные воодушевляющие речи. Он понимал, что такими словами Гитлер хотел должным образом настроить командующих соединений, корпусов и дивизий на победу. Юлиус подумал: «Неужели фюрер всерьез верит, что, наступая на крошечном участке последними имеющимися в его распоряжении боеспособными соединениями, можно достичь своей цели – разгрома вражеской коалиции?» Хорошее настроение внезапно исчезло от таких мыслей, и Шауб снова взглянул на фюрера. Он был удивлен его фанатизмом, и готовностью генералов осуществлять утопическую стратегию точечного наступления, которое способно изменить ход войны, ибо перед лицом превосходства противника ни на какой прочный успех рассчитывать не приходилось.