Упрямый ангел

Сан-Антонио, Техас

Закончив осмотр последнего пациента, Джедедая Уинстон тяжело вздохнул. Взглянув на молодую симпатичную медсестру, он с улыбкой сказал:

– Я искренне тебе благодарен, Шианна. Думаю, что за прошедшие несколько лет я мог бы много раз потерпеть неудачу, не будь здесь тебя.

Шианна Кимбалл протянула доктору сумку с медикаментами, тот снова улыбнулся.

– Смею надеяться, что мой отец, когда вернется, получит такой же уход. Если только заболеет…

– Все еще неизвестно, что с Блейком? – спросил Джедедая.

Шианна отрицательно покачала головой, и на глаза ее навернулись слезы. При упоминании о ее отце она обычно старалась скрывать чувства, но это не всегда у нее получалось. Пытаясь утешить ее, Джедедая положил руку ей на плечо.

– Мне очень жаль, Шианна. Наверное, очень нелегко так долго ждать известий об отце. Эта проклятая война коснулась всех нас. И тех, кто был в армии, и тех, кто ждал их.

Доктор со вздохом взглянул на своих пациентов – некоторые из них находились на волосок от смерти, сражаясь в составе Техасского корпуса. Только сейчас, спустя долгое время, бывшие солдаты начинали поправляться и забывать об ужасных ранах и мучительных переживаниях. Однако ранения постоянно о себе давали знать. Много месяцев прошло с тех пор, как южане капитулировали перед северянами, а люди все еще умирали.

– Я покорен твоей силой духа, Шианна. Ты до сих пор ждешь отца… и все же решила помочь другим.

Проводив молодую женщину к двери, доктор негромко рассмеялся и добавил:

– Это словно зажечь свечу с обеих сторон, а затем спустя годы искать ее середину. Для столь юного возраста ты неплохо справляешься со своими обязанностями.

– Разве двадцать один год – такой уж юный возраст? – с удивлением спросила Шианна. – Я чувствую себя совсем старухой.

Джедедая прикоснулся к седой пряди на ее голове.

– Нет, моя дорогая. Твоя старость еще далеко. – Он провел ладонью по блестящим черным волосам, закрывавшим плечи Шианны. – Ты еще будешь любоваться своей сединой и морщинками на лице.

Девушка внимательно посмотрела на доктора и ласково улыбнулась ему. Уинстон заменил ей отца, и Шианна преклонялась перед этим пожилым человеком. Коснувшись его плеча, она сказала:

– Своими искусными руками, доктор, вы спасли множество жизней. А каждый ваш седой волос – это доброе дело, которое вы совершили в Сан-Антонио.

– Довольно похвал, – проворчал Джедедая. – Ты заставляешь меня уверовать, что я – святой.

– Но так оно и есть! – воскликнула Шианна. – Да-да, поверьте…

Доктор нахмурился и покачал головой:

– Нет, дорогая, я не святой. А завтра… Завтра даже и не показывайся. Ты заслужила отдых.

Шианна лишь ухмыльнулась в ответ и, переступив порог, махнула на прощание рукой. Да, какими мерками ни мерь, а доктор Уинстон действительно был святым, и она хотела хоть немного походить на него. И хотя Шианна хотела вызвать сочувствие доктора, ее нельзя было назвать слабохарактерной. Более того, она признавала, что ее характер столь же опасен, как «кольт» 45-го калибра, висевший у нее на бедре. Подгоняя своего вороного жеребца, она то и дело хмурилась. Доктор прав: во всем виновата проклятая война. До нее Блейк Кимбалл продавал шкуры, а также обеспечивал говядиной и кониной почти все приграничные форты. Но когда началась Гражданская война и шестьдесят тысяч техасцев выступили в поход, а еще двадцать семь тысяч остались защищать свой штат, Блейк просто не смог остаться в стороне. Вместе с другими хозяевами ранчо близ Сан-Антонио он присоединился к армии конфедератов. Увы, Шианна в то время находилась далеко от отца, она училась в школе мисс Браун в Хьюстоне. Если бы она тогда была дома, то, конечно же, возразила бы против вступления отца в действующую армию. Святые небеса, он же только вернулся с войны против Мексики! С него хватило бы и одной войны.

Вначале Блейк еще наведывался домой. Его самая долгая отлучка длилась пять месяцев. Затем он пропал, и Шианна совсем не получала от него вестей. Когда война закончилась, Шианна почувствовала великое облегчение – надеялась, что отец наконец-то появится. Но очень скоро она поняла, что ее мучения только начинаются. Ее переполняли ужасные предчувствия, и казалось, жизнь потеряла всякий смысл. Участники этой жестокой войны возвращались по домам еще в течение двух лет, и Шианна с надеждой всматривалась в лица всадников и пеших, постоянно появлявшихся в окрестностях Сан-Антонио. Но месяц проходил за месяцем, а Блейк Кимбалл все не появлялся – его не было среди тех, кто возвращался в Техас.