Ульрик, кто же ты?

Ровно в три часа ночи тётушка Пэт проснулась от жуткого рыка. Во дворе садовых гномов кто-то грозно хрипел, рычал и топал.

Тётушка Пэт соскочила с кровати, просунула ноги в войлочные тапки с меховыми помпонами, надела на голову красный колпак и принялась трясти дядюшку Тилля.

– Ты слышал? В нашем саду кто-то есть. Пойди разберись!

– А если там притаился тролль? – Дядюшка Тилль натянул лоскутное одеяло до самого носа и задрожал от страха так сильно, что даже редкие волоски на его лысине стали подрагивать.

– Не говори глупостей! Они безобидны. Тролли ещё ни разу не нападали на гномов.

– Ни разу до сегодняшнего дня… – простонал из-под одеяла дядюшка Тилль.

В дупле старого клёна, где жили садовые гномы, зазвенела посуда. Тётушка Пэт вооружилась поварёшкой и чугунной сковородой:

– Я не позволю никому топтать мои цветы!

Свирепый рык повторился вновь. И теперь совсем близко. Прямо у старого клёна. Тётушка Пэт решительно распахнула полукруглую дверь и обмерла. На её клумбе с фиалками топтался пятнистый кабан. В бледном свете луны его клыки блеснули остро заточенными ножами. Кабан бил копытами и раздувал ноздри. А на его спине болталась сумка из грубой холщёвой ткани.

– Тилль, скорее, на помощь! – закричала тётушка Пэт.

– Иду, дорогая, – простонал дядюшка Тилль и осторожно спустил одну ногу с кровати.

Тётушка Пэт набрала в грудь побольше воздуха и с воинственным воплем бросилась на кабана. Тот, будто испугавшись поварёшки, тонко взвизгнул и бросился в густые кусты мальвы.

– Мои цветы! – завопила тётушка Пэт. – Тилль, где тебя носит?

– Иду, пампушечка моя, – из глубины клёна отозвался дядюшка Тилль и спустил с кровати вторую ногу.

– Ты от меня так просто не уйдёшь! – Словно щитом, тётушка Пэт прикрылась чугунной сковородой и обогнула кусты мальвы.

Но свирепый зверь и не собирался так просто уходить. Всем известно, что пятнистые кабаны не забираются в чужие сады от нечего делать. Они – предвестники неприятностей, которые обязательно произойдут. А тётушка Пэт вот уже двести лет не знала никаких неприятностей и ещё бы столько же прожила в тишине и покое.

– Да помоги же ты мне! – взревела она так, что дядюшка Тилль с перепугу вместо красного колпака надел на голову ночной горшок и наконец выскочил на улицу.

Не дожидаясь помощи, тётушка Пэт изо всех сил треснула сковородой по кустам мальвы. Раздался жалобный визг, а через секунду из них выскочил кабан. От боли он подпрыгнул и обронил сумку. Оглянулся, чтобы вернуться за ней, но, увидев высоко поднятую чугунную сковороду, бросился наутёк.

– Не знал, что кабаны носят сумки. – Дядюшка Тилль задумчиво почесал свой острый нос.

Тётушка Пэт аккуратно подцепила поварёшкой край сумки и чуть не лишилась чувств от того, кого увидела в ней.

А на следующий день за чашкой травяного чая она прочла страшную новость в свежей газете. На первой полосе крупными буквами было написано: «Вчера королева гномов родила сына! Ночью во дворец ворвались тролли и растерзали её вместе с младенцем. Теперь место королевы займёт первый советник Громодыр. Когда земля совершит ровно десять оборотов вокруг солнца, он станет законным королём Смолэнда».

– А я тебе говорил, что тролли – злобные существа, – проворчал дядюшка Тилль.

– Чушь! Разве можно верить газетам?!

– Ох и трудные же времена придут, если Громодыр станет королём.

– Это мы ещё посмотрим, – сказала тётушка Пэт и покосилась на холщовую сумку, что аккуратно лежала на комоде.

«Бамс, хрясь, бух», – раздалось в саду. Ветки старого клёна затрещали, листья вспорхнули, словно стая испуганных птенцов, и на клумбу с цветами свалился маленький гном по имени Ульрик. Он отряхнулся и потёр ушибленную коленку. Ульрик поправил сползающий на нос красный колпак в заплатках. Вытащил гусеницу из левого мохнатого уха и бережно посадил её в траву.

– И свалился же ты на мою голову! – услышал он визгливый голос своей тётушки Пэт. – Опять все фиалки растоптал! Вечно от тебя одни неприятности!

Ульрик попятился, пряча за спиной книгу, и натолкнулся на раскладной деревянный стул. «Хрумс» – стул разлетелся в щепки.

– Хох, – прыснул от смеха дядюшка Тилль. Он лежал в гамаке, натянутом между двух цветущих акаций. И, казалось, будто завис между воздушными облаками.

Но как только дядюшка Тилль увидел свою жёнушку, упиравшую руки в пухлые бока, тут же изобразил на своём лице строгость.

Тётушка подняла Ульрика за шиворот:

– Что у тебя там? А ну, показывай! – Она выхватила из его рук книжку.

На обложке рыцарь в блестящем шлеме с развевающимися красными перьями держал за хвост зелёного дракона с жёлтыми шипами на спине и огнём, вырывающимся из пасти.

Ульрик любил забираться в старое воронье гнездо, сооружённое на ветке клёна, и читать. Он представлял, как однажды совершит великий подвиг и спасёт какое-нибудь славное королевство от жестокого дракона.