Укрощение горца

Это была годовщина того самого дня, который навсегда изменил жизнь Эвана Макаллистера.

В одно мгновение он, наивный сын всеми уважаемого и внушающего трепет лэрда, вдруг стал убийцей родного брата.

Эван чувствовал, как все в нем похолодело от сознания своей вины и печали. Он смотрел на озеро, на его темную, покрытую рябью поверхность, мерцающую словно стекло, в которой ему мерещилось лицо его брата Кирана.

Эван вспомнил тот печальный день, когда он узнал, кого больше жизни любил его брат.

– Черт побери, Изобел! – мрачно буркнул он, допив эль из своей фляги.

Если бы не Изобел и ее интриги, мир был бы совсем другим. Он бы женился на Кэт из рода Ангусов, а Киран, конечно, взял бы в жены Фиа из рода Макдугласов, и жили бы они в любви и дружбе.

Но теперь темные воды озера поглотили брата, и Эван был обречен жить в одиночку, принося покаяния. Он не переставал удивляться тому, что одна глупая ошибка может испортить жизнь многим людям.

Хотя Эван любил всех своих братьев, Киран, вместе с которым они преодолевали все трудности и невзгоды, был его единственным другом. Только ему он поверял свои сердечные секреты. Так было до того дня, пока между ними не встала Изобел со своей ложью и выдумками. Исчадие ада с ангельским лицом. Она всегда думала лишь о себе.

Эван судорожно вздохнул, В минуты, когда он вспоминал детство, его глаза всегда жгли слезы.

– Я люблю тебя, Эван. – Синие глаза Изобел полны печали, а белокурыми локонами легонько играет ветер.

Она перехватила Эвана, когда он шел на конюшню, и потащила в сад матери. Там она бросилась к нему в объятия и стала покрывать лицо страстными поцелуями.

В то время он был совсем мальчишкой и не понимал того, что она ему говорила. Как могла такая красивая женщина полюбить какого-то тощего неуклюжего юнца?

Эван не был так привлекателен, как его братья. Ему не раз об этом напоминали. И он никак не мог понять, почему вдруг красотка Изобел стала искать любую возможность остаться с ним наедине?

Он попытался было избежать этого, но она и слушать не хотела.

– Вы принадлежите Кирану, – наконец сказал он ей.

Она, поглядывая на него своим змеиным взглядом и как бы сдерживая слезы, сказала:

– Так думает сам Киран, но не я. Я пыталась объяснить ему, что не люблю его, но он меня и слышать не хочет. – Протянув руку к Эвану, Изобел стала гладить его мускулистые плечи, прижимаясь к нему все ближе и ближе. – Пожалуйста, Эван, помоги мне. Ты должен это сделать. Я не хочу быть связанной с человеком, которого не люблю. С тем, кто не слышит того, что я ему говорю. Мне нужен ты. Ты покорил мое сердце своей тихой силой. Мне нужен мужчина, который заботился бы обо мне, оберегал, а не мучил своими скучными разговорами. Увези меня в Англию, и я останусь твоей на всю жизнь.

Юный и глупый, он поверил Изобел, не подозревая, что эти же слова она говорила его брату Кирану, прося того избавить ее от домогании некоего Робби Макдугласа, которого прочил ей в мужья отец. Изобел категорически отказалась от этого брака и призналась в любви Кирану, пообещав стать его женой, если он поможет ей уехать в Англию. Однако Изобел любила только себя.

В тишине сада в тот весенний день Эван потерял невинность не однажды, а много раз.

Три дня спустя они с Изобел покинули стены замка и направились в Англию к ее тетушке.

На самом деле они ехали на встречу с любовником Изобел.

Эван никак не мог забыть вид надменного мужчины, который ждал их, и Изобел в его объятиях.

Вместо дома тетушки они оказались в холле замка этого господина.

Глаза Изобел сияли от удовольствия, что ее план побега к любовнику удался и она так ловко обманула Макаллистеров.

Сначала она пыталась убедить Кирана увезти ее в Англию, но когда тот решил остаться в Шотландии и жениться на ней, она остановила свое внимание на Эване, убежденная, что этот Макаллистер не устоит перед ней и ее ласками.

Она знала, что у Эвана нет шансов вернуть ее домой. Да и сам он не сможет вернуться, ибо там его ждет Киран.

Возмущенный обманом, Эван бросил вызов английскому рыцарю, но будучи юным и неопытным, потерпев поражение физически и духовно, он был выброшен вон.

До сих пор он помнит это предательство, камнем давившее на сердце. Всю дорогу назад, в Шотландию, Эван думал, как обо всем он расскажет Кирану и они будут радоваться, что избавились от изменницы Изобел.

Но он прибыл на поминки брата. Весь дом был в трауре: Киран не смог перенести бегства Изобел и покончил с собой.

В день их бегства Киран вышел на берег озера, сбросил с себя одежду, снял меч и погрузился в глубокую темную воду, чтобы навсегда успокоить боль в своем разбитом сердце.

Теперь Эван пришел сюда, чтобы снять с себя боль мучившей его вины перед погибшим братом.

– Я виноват, Киран, – шептал Эван, обращаясь к волнам, с плеском разбивавшимся у его ног. – Если бы я только мог, мой дорогой брат, я отдал бы свою жизнь, чтобы вернуть тебя.