Украшение для женщин

С тех пор, как мамуля стала встречаться с Ильей Алексеевичем, она заметно повеселела, похорошела и помолодела. Стала усиленно интересоваться модой, ходила по магазинам, салонам красоты и регулярно посещала фитнес-клуб. Илья Алексеевич тоже как-то посвежел, похудел и, самое главное, перестал болеть. На мамулю смотрел влюбленными глазами и неожиданно оказался до абсурда ревнивым. Их отношения, вопреки бабушкиным ожиданиям, не развивались так стремительно, как ей хотелось бы, но, безусловно, они были близки. Однако, ночуя у нас, «соблюдали приличия» – спали раздельно, мамусик у себя в комнате, а Илья Алексеевич – в домике для гостей. Когда я поинтересовалась, почему они не живут вместе, мамуля ответила.

– Понимаешь, когда мы живем раздельно – это как стадия ухаживания. Нет никаких обязанностей, мы свободны. Не ведем совместное хозяйство, не сидим по вечерам у телевизора, а ходим развлекаться. Илья ухаживает очень красиво, знакомит с интересными людьми, дарит подарки, ну ты сама все видишь. Мне такие отношения нравятся гораздо больше.

Конечно, мамуля права – мне тоже такие отношения нравятся больше. Зачем я торопилась замуж? Непонятно. С другой стороны, если бы не торопилась, Саша мог бы и раздумать. Между прочим, надо напомнить мамуле, чтобы не затягивала – рядом молодые и длинноногие, а Илья Алексеевич, хоть и в возрасте, но очень представительный мужчина и к тому же положение занимает высокое. Профукает жениха, потом локти кусать будет. Как говорит Люся: «Очередь за ней не стоит». Вообще очередь ни за кем не стоит. Почему так несправедливо? Вот было бы классно – выйдешь на улицу, а там очередь поклонников. Выбирай любого! Собственно, к чему это я? У меня замечательный муж – многие завидуют, и очередь мне не нужна.

Про Раймондо мамуля не вспоминала. Недавно он звонил нам домой, поэтому я слышала весь разговор. Мамуля не обмерла, как прежде, а была очень выдержана и спокойна. В конце пожелала ему всего хорошего, а когда он попросил разрешения приехать, она засмеялась, и смех прозвучал как-то обидно и мстительно. Ну что ж, значит, с Раймондо покончено.

– Знаешь, у меня появился стимул к самовыражению, – как-то заявила мамуля.

– Это как? – Удивилась я.

– Я начала писать роман, точнее детектив, – она засмущалась и потупила глазки, а я просто обалдела. Представляю, что это будет, но вслух идею одобрила и купила ей ноутбук – пусть самовыражается. Но к ноутбуку мамуля пока не притронулась, сказала, что пишет ручкой, так быстрее – А то у меня столько мыслей накопилось, пока буду компьютер осваивать, все позабуду.

– Пиши, мамусик ручкой, я потом Лариску попрошу, она слепым методом в два счета все напечатает.

В выходной она и Илья Алексеевич приехали к нам на обед. Были также и Люся с Леней и Нинка с Левочкой. В холле я повесила наши фотографии с Нового Года и с карнавала. Они еще не видели, пусть полюбуются и посмеются. И хотя события на карнавале были трагическими, каждый раз, проходя мимо, я хохотала над Левочкой. В белом балахончике с помпоном вместо хвоста и длинными ушками он выглядел так уморительно, что просто невозможно было удержаться. Как я и предполагала, гости столпились у фотографий и, конечно, смеялись над зайчиком. Сам же он был невозмутим, посмотрел на фото, фыркнул и заметил, что он вышел лучше всех.

– Кстати, Абрам, ты обещала премию за лучший костюм, я так понимаю, премия моя. Где она?

Вот черт, ну и память. Выручил Саша, он прошел в кабинет и достал какую-то допотопную книгу. Вручил ее торжественно Левочке, тот взглянул на обложку, пролистал и даже подпрыгнул от восторга. Оказалось эта книга по кулинарии 1911 года.

За обедом во время разговора Люся за чем-то обратилась к мамуле. Та не откликнулась, а сидела с мечтательным выражением.

– А? Ты что-то сказала? – Встрепенулась она.

– Все мечтаешь? – Люся с насмешкой смотрела на нее.

– Да нет, просто задумалась. Мне как-то не симпатичен Олег, – и, тяжело вздохнув, добавила – видимо, придется его убить.

Все уставились на мамулю. У Ольги Андреевны от удивления брови поползли вверх.

– Алка! Ты что, сбрендила? О каком убийстве идет речь?

– Помнишь, я говорила тебе про Олега.

– Согласна, довольно неприятный тип.

– Но убивать как-то не хочется. Может, так как-нибудь попугать или понарошку.

За столом все замолчали, прислушиваясь к диалогу.

– Нет, так не пойдет. Если решила – убивай. Знаешь, я даже могу подсказать тебе способ, – оживилась Люся.

– Какой?

– Отрави его, лучше мышьяком. Или утопи в ванной. Тоже неплохо.

– Ой, нет, только не утопленники. – Мамуля передернула плечами.

– Кто это Олег? – Не выдержал Илья Алексеевич. Он отложил вилку и ждал разъяснений. Я уже стала понимать, в чем дело и давилась от смеха. Люся громко хмыкнула.

– Я что-то пропустил? – Продолжал Илья Алексеевич.

– Олег – это важный чиновник, – объяснила Люся.

– Я его знаю? – Илья Алексеевич сурово смотрел на мамулю, а она безмятежно улыбалась.

– Нет, дорогой, я пока не буду тебя с ним знакомить.